Случайный афоризм
Пишешь, чтобы тебя любили, но оттого что тебя читают, ты любимым себя не чувствуешь; наверное, в этом разрыве и состоит вся судьба писателя. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1938 году скончался(-лась) Александр Иванович Куприн


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Козюренко. Он постоял на дорожке, ведущей к калитке,  взошел  на  крыльцо.
Окна мансарды Пруся отсюда не увидел. Спустился в сад. Из-под яблонь  было
видно  и  мансардное  окно,  и  крыльцо  соседнего  дома.  Якубовский  мог
незаметно, прячась  за  кустами  смородины,  подойти  к  самому  забору  и
перелезть через него - не забор, а одно название...
     Но почему он должен подозревать Якубовского?
     Козюренко попрощался с хозяином и вернулся в райотдел.



                            "ПЕЧЕНОЕ ЯБЛОКО"

     Козюренко сидел  за  столом  заместителя  начальника  райотдела,  пил
невкусный и несладкий растворимый кофе и задумчиво рисовал на листе бумаги
чертиков. Они у него получались удрученные, худые и  несчастные.  Заметив,
что один из чертей чем-то похож на Якубовского,  Роман  Панасович  скомкал
бумагу и с отвращением выбросил в корзинку. Вынул  чистый  лист,  написал:
"Якубовский" - и поставил с обеих сторон по вопросительному знаку. Перешел
на диван, прилег, подложив под бок подушку. Это  помогло  сосредоточиться.
Еще раз освежил в памяти все детали - не допустил ли он где-то ошибку?
     Труп  Пруся  увидел  рабочий   заготконторы,   которого   привез   на
Корчеватскую на мотоцикле его товарищ. Это произошло около девяти утра  во
вторник девятнадцатого мая. В восемь Прусь должен быть на  работе,  но  не
явился, а без него не могли  открыть  подсобное  помещение  цеха.  Входная
дверь дома Пруся была закрыта, но не заперта. Рабочий позвал Пруся  и,  не
услышав ответа, вошел в дом. Труп лежал в  кухне  у  крышки  над  лазом  в
погреб. Видно, убийца выбрал удобную позицию - за кухонной дверью:  Прусь,
вылезая из подвала, непременно должен был повернуться к нему спиной.
     В том, что Прусь достал из тайника картину и выносил ее из погреба, у
Козюренко не было  сомнения:  падая,  убитый  зацепил  свернутым  полотном
крышку над люком в полу  -  на  ней  остались  следы  краски  и  ворсинки,
идентичные найденным в тайнике. Итак, убийца  точно  знал,  за  чем  Прусь
спустился в подвал, и ждал его  с  топором.  Потом  он  тщательно  обыскал
погреб - об этом свидетельствовали чуть  сдвинутые  со  своих  мест  вещи.
Убийца старался не оставлять следов,  но  все  же  несколько  раз  ошибся.
Наконец, он нашел тайник и открыл его, вероятно, ножом. Ничего не увидев в
нем, инсценировал ограбление: вывернул у Пруся карманы, снял часы,  забрал
деньги (в тот день Прусь получил зарплату, вряд ли успел много  потратить)
и исчез.
     Убийство произошло, как установила экспертиза, между  одиннадцатью  и
двенадцатью часами ночи. Перед этим Прусь распил с кем-то бутылку вина: на
журнальном столике возле тахты стояли два стакана - один пустой, в  другом
было немного вина. На этом стакане еще во время первого  обыска  работники
милиции обнаружили  отпечатки  пальцев.  Настораживало  то,  что  человек,
убивший Пруся и шаривший потом в погребе, почти не оставил там следов,  не
было и отпечатков пальцев - очевидно,  действовал  в  перчатках.  И  вдруг
такой недосмотр. Хотя его могло что-то испугать, и  у  него  уже  не  было
времени, чтобы подняться в мансарду и обтереть стакан.
     Следы на стакане оставил не Якубовский. Вообще у него с  Прусем  были
не такие отношения, чтобы по-приятельски распивать в мансарде портвейн. Но
ведь гость Пруся мог уйти, не заперев дверь, и  Якубовский  воспользовался
этим. Только навряд ли он полез бы в погреб и искал тайник, а тем более  -
картины...
     Тут могли быть десятки вариантов, версий, ходов, и Козюренко не ломал
над ними голову. Считал, что прежде всего его  задача  -  найти  человека,
пившего в тот вечер с Прусем портвейн, а также человека, которого заметила
дежурная заготконторы и с которым Прусь обедал в чайной.
     А может, это одно и то же лицо?
     Начальник райотдела доложил Козюренко,  что  среди  тех,  кто  жил  в
гостинице  "Красная  звезда",  дежурная  не  опознала  "печеного  яблока".

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.