Случайный афоризм
Для нас, писателей, ругань ничего не значит, мы живем для того, чтобы о нас кричали; одно только молчание нас губит. Сэмюэл Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Зазвонил телефон. Я повернулся вместе с креслом и поднял трубку:
     - Квартира Ниро Вульфа...
     - Арчи! У меня улов.
     - Мужчина или женщина?
     - Женщина. Приедешь?
     - Вылетаю сию минуту. До скорого. - Я положил трубку и встал. -  Фред
поймал рыбку. Женского пола. -  Я  бросил  взгляд  на  стенные  часы:  без
четверти шесть. - Моту доставить ее сюда до  одиннадцати,  может  быть,  к
десяти тридцати. Указания?
     Он взорвался.
     - Что тебе пользы, - прорычал он, - от моих указаний?
     Я мог бы ему  предложить  привести  хоть  один  случай,  когда  я  не
выполнил  его  указаний  без  уважительной  причины,  но   гении   требуют
тактичного подхода. Я ограничился простым:
     - В таком случае положусь на свою осмотрительность и здравый смысл, -
и вышел из дома.
     Мне бы вспомнить о них в прихожей, чтобы взять с вешалки пальто, но я
сообразил об этом уже на улице,  направляясь  к  Десятой  авеню.  Холодный
ветер, холодный для мая,  налетал  со  стороны  реки,  однако  я  не  стал
возвращаться. Поймав на углу такси, я велел отвезти  себя  на  перекресток
Восемьдесят второй и Амстердамской. У ямы все еще мог стоять  полицейский,
да если б и не стоял, все равно не стоило  подъезжать  в  такси  к  самому
дому.
     Полицейского у ямы не было, как и сборища криминалистов-любителей,  а
были самые обычные прохожие и группа подростков дальше по  улице.  У  дома
156 я свернул, спустился по  трем  ступенькам,  открыл  дверь  ключом  Мег
Дункан и вошел в прихожую. На полпути  к  лифту  я  почувствовал  на  себе
чей-то взгляд. Это чувство, когда  никого  не  видишь  и  не  слышишь,  но
ощущаешь чужое присутствие, конечно, старо  как  мир,  однако  всякий  раз
застает врасплох. У меня  оно  возникает  в  копчике,  и,  видимо,  должно
означать, что, будь у меня хвост, я бы его задрал или, напротив, поджал. В
ту минуту, как я это почувствовал, я заметил, что дверь в  трех  шагах  по
правой стороне чуть-чуть приоткрыта - так, крохотная щелка, не шире дюйма.
Я продолжал себе идти, но, поравнявшись с дверью, выбросил руку и  толкнул
ее. Она открылась на фут, однако и фута хватило. В комнате было  темно,  в
прихожей царил полумрак, но зрение у меня хорошее.
     Она не двинулась с места.
     - Зачем вы это сделали? - спросила она. - Это моя комната.
     Но вот что интересно: при ярком свете ей был к лицу яркий свет, а при
полумраке - полумрак.
     - Прошу прощения, - ответил я. - Я, как вы знаете, сыщик, а у сыщиков
дурные привычки. Сколько раз вы бывали в комнате на верхнем этаже?
     - Мне туда нельзя, - сказала она. - И стала бы  я  вам  рассказывать?
Чтобы вы потом могли передать матери? Извините, я закрываю дверь.
     Она закрыла, и я ей позволил. Желательно было  бы  хорошо,  не  спеша
поговорить с ней, но это пришлось отложить до лучших времен. Я добрался до
лифта, открыл его другом ключом, вошел и поднялся наверх.
     Вы ждете чего-то, даже когда не  понимаете,  чего  вообще  ждете.  Я,
вероятно, ожидал увидеть напуганную или возмущенную  женщину,  сидящую  на
кушетке или в кресле под бдительным оком Фреда.  Все  было  не  так.  Фред
стоял посреди комнаты, поддерживая сползающие штаны, а его  щеку  украшали
две красные полосы. На секунду мне показалось, что он один; затем я увидел
ее голову - она торчала из лежащего на полу узла. Женщина была замотана  в
сдернутое с постели желтое шелковое покрывало, стянутое посередке Фредовым
ремнем. Я подошел и  посмотрел  на  нее  сверху  вниз,  она  ответила  мне
свирепым взглядом.
     - С нее и волоска не упало, - пожаловался Фред, - а  жаль.  Полюбуйся
на меня.
     Из разводов у него по щеке сочилась кровь. Он поднял руку и промокнул
ее носовым платком.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.