Случайный афоризм
Мы думаем особенно напряженно в трудные минуты жизни, пишем же лишь тогда, когда нам больше нечего делать. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

служебные  дела,  позволила  себе  мягко,   с   оттенком   неподчеркнутого
превосходства, улыбнуться.
     - У вас чудесные духи, чудесные! - восхищенно воскликнул Роман. -  Уж
на что я знаток, и то определить не могу, какие.
     - "Коти" - вдруг засмущалась непоколебимая  Лидия  Сергеевна.  -  Мне
брат из Парижа привез.
     - Да, брат на Монмартре развлекается, - поразмышлял Роман Казарян,  -
а вы в Марьиной Роще, на хазе с уголовниками веселитесь.
     - Каждому свое, Ромочка.
     Роман Казарян, армянин московского разлива, любил  Москву,  и  Москва
любила его. Отец Романа, тифлисский армянин,  уникальный  знаток  античной
литературы,  преподавал  в  МГУ,  в  ГИТИСе,  в  Литературном   институте.
Влюбленный в древних греков до такой степени,  что  во  время  его  лекций
студенты, попавшие под гипноз его темперамента, вопреки рассудку,  считали
его очевидцем всех исторических катаклизмов Эллады, он воспитывал  сына  в
стоических традициях Спарты.
     Пока дело касалось физических  упражнений,  Роман  не  сопротивлялся.
Закаленный  с  детства,  он  хорошо  начал  в  боксе.  На  ринге   они   и
познакомились с  Аликом,  два  первенства  бились  жестоко,  с  переменным
успехом. Алик ушел из среднего в  полутяж,  делить  стало  нечего,  и  они
подружились.
     Но когда отец стал  посвящать  сына  в  прочие  особенности  античной
жизни, желая сделать его своим преемником,  вольнолюбивая  натура  Романа,
более приспособленная к реалиям сегодняшнего дня, бешено взбунтовалась.
     Он ушел на улицу. Обаятельный, легкий, быстро  сходящийся  с  людьми,
Роман  стал  известной  личностью  в  пределах  Садового  кольца.  Он  был
вездесущ. Он ладил с приблатненными из "Эрмитажа", дружил  с  футболистами
из московского "Динамо", поражал начитанностью и истинно московской  речью
простодушных  актеров.  Он  стал  завсегдатаем  танцевального   зала   при
ресторане  "Спорт"  на   Ленинградском   шоссе,   постоянным   посетителем
ипподрома, поигрывал в бильярд, его обожал весь - поголовно - женский джаз
из "Астории". Казалось, его знали все. От  шорника  до  Шверника,  как  он
любил говорить.
     На третьем курсе юрфака он  малость  приутих.  Сдал  наконец  хвосты,
обаял преподавателей и без труда закончил  курс  наук.  К  удивлению  всех
разномастных знакомцев, он пошел работать в МУР, под начало  к  Александру
Смирнову, с которым сдружился на  государственных  экзаменах.  С  течением
времени его самодовольная уверенность, что он  досконально  знает  Москву,
рассеялась как дым. Москва была слоеным пирогом,  и  слои  эти  невозможно
было пересчитать.  Люди,  общаясь  в  своем  горизонтальном  слое,  наивно
полагали, что они осведомлены о московской жизни в достаточной степени. Но
в достаточной степени они были осведомлены только  о  жизни  своего  слоя.
Проникший до МУРа в десяток слоев, Казарян нацелился  теперь  идти  вглубь
их, по вертикали. Он любил Москву, он хотел ее знать.


     Васин до ареста жил в Тишинском переулке,  недалеко  от  Белорусского
вокзала. Роковое это соседство - рынок и вокзал - в годы войны, в  скудные
послевоенные годы своей готовностью  достать  и  продать  все,  рождало  в
слабых душах алчность, страсть к скорой наживе. Обманом купить  подешевле,
просто выманить, взять незаметно, украсть.
     Васин жил в одном из домов, построенных в  конце  двадцатых  годов  в
стиле нищенского конструктивизма. Захламленный двор,  занюханный  подъезд,
зашарпанная лестница.  На  третьем  этаже,  оглядевшись,  Роман  обнаружил
квартиру номер двадцать  три.  Следуя  указаниям,  изложенным  на  грязной
картонке, дважды позвонил. Дверь  открыл  маленький  корявый  мужичонка  в
ватнике и ушанке. Оценив экипировку хозяина, Казарян вежливо осведомился:
     - А что, в квартире очень холодно?
     - Нет, - удивился мужичонка.
     - Гора с плеч. Тогда зовите в гости, Васин.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.