Случайный афоризм
Писатель обречен на понимание. Он не может стать убийцей. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

идти этим путем. А страх ждет палки. Палка или бьет, или указывает.
     - А если не пойдут этим путем без палки?
     - Значит, я прожил неправильную жизнь.
     - Все-таки порядок нужен, Иван Павлович.
     - Да. Порядок народовластия, порядок демократии.
     - Вот вы говорите - народ! Народ! Народ - это люди, человеки. За ними
- глаз да глаз. Распустить, так черт-те что получится.
     - Бойся профессиональных шор, Александр. Я знавал многих,  считавшших
и считающих, что люди стадо несмышленышей, которому  помимо  вожака  нужны
пастух и свирепые кавказские овчарки. Пастух направит куда надо, а овчарки
не пустят куда надо.
     - Я, что ли овчарка? - с обидой спросил Александр.
     - Не стань ею, Александр. - Иван Павлович не  выдержал,  поднялся,  с
трудом прошелся по комнате. -  Умер  тот,  кого  я  боялся.  Единственного
боялся, его. Мы себя всегда оправдываем.  И  я  оправдывал  себя  и  всех.
Старательно отряхиваясь от сомнений, думал: так надо, это  историческая  и
сегодняшняя необходимость. И, не размышляя, делал,  как  указывал  он.  Мы
потихоньку становились рабами, потому что страх порождает рабов.  Он  всех
загонял  в  страх,  чтобы  сделать  народ  послушным  стадом.  Крестьян  -
беспаспортным  режимом,  рабочих  -  законом  о  прогулах  и   опозданиях,
интеллигенцию - идеологическими компаниями и постановлениями.
     Иван Павлович  закашлялся.  Воспользовавшись  паузой,  Алик  прочитал
стихи:

                     - Оно пришло, не ожидая зова,
                     Оно пришло и не сдержать его.
                     Позвольте мне сказать вам слово,
                     Простое слово сердца моего.

     - Это еще что? - откашлявшись, спросил Иван Павлович.
     - Стихи,  -  объяснил  Алик.  -  В  сорок  девятом  три  наших  самых
знаменитых поэта написали их к его  семидесятилетию.  Кончались  они  так:
"Спасибо вам за то, что вы живете на земле". А называлось "Простое слово".
А ты сегодня нам свое простое слово сказал.
     - Э-э-э, да что там! - махнул рукой  Иван  Павлович.  -  Мало  ли  за
двадцать пять лет слов наговорили. И великий, и учитель всех и вся, лучший
друг советских физкультурников. И я эти слова говорил.
     Он отошел к окну и оттянул штору. За окном окружная железная  дорога:
светили прожектора, бегал маневровый  паровоз,  стучали,  как  в  кузнице,
железными буферами перегоняемые с места на  место  вагоны  -  формировался
состав. А над всем царил  искаженный  динамиками  нетерпимый  бабий  голос
диспетчера.
     Он нас  к  победе  привел,  Иван  Павлович,  -  в  спину  ему  сказал
Александр.
     Иван Павлович обернулся и ответил ему, как недоумку:
     - Запомни раз и навсегда: к победе привел нас ты. И  миллионы  таких,
как ты. - Он прошел к дивану и опять прилег.  Устал.  -  Я  очень  на  вас
надеюсь, Саша. На тебя и на этого  вот  балбеса.  В  ваших  руках  будущее
великой державы. Вы, лучшие из лучших, фронтовики...
     - Лучшие из лучших  в  земле  мертвые  лежат,  -  с  горечью  перебил
Смирнов.
     - А ты?
     - А я - живучий. Только и всего.
     - Так стань лучшим. В память о тех, неживых.
     - Иван Павлович, за что вы сидели? - вдруг спросил Александр.
     - Ни за что.
     - Поэтому и выпустили?
     - Выпустили потому, что я ничего не подписал.
     - А что надо было подписать?
     - Что я - шведский шпион.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.