Случайный афоризм
Никогда слава не придет к тому, кто сочиняет дурные стихи. Михаил Афанасьевич Булгаков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Еще бы, конечно, утрата, - согласилась я. - Для любого человека мое
отсутствие - утрата и большое несчастье. Я прекрасно знаю, насколько ценно
мое общество, и я отнюдь не собиралась лишать вас  его  навсегда.  А  куда
ведет эта прекрасная дорога?
     - Никуда, - ответствовал патлатый. - В горы и бездорожье.
     - Ах, я обожаю горы и бездорожье, -  попробовала  было  я  продолжить
разговор, но в этот момент появился вертолет. Садиться ему было негде,  он
повис над нами и спустил веревочную лестницу.
     - Ни за что на свете! - вскричала я при виде ее. -  Никакая  сила  не
заставит меня подняться по этой веревке! Только через мой труп!
     Не очень логично это прозвучало, но, видимо, достаточно  впечатляюще.
Вряд ли они были заинтересованы в том, чтобы транспортировать мой труп. Да
и живое существо, отчаянно вырывающееся,  тоже  нелегко  поднять  по  этой
лестнице. А по всему было видно, что сопротивляться я намерена отчаянно.
     - Вы что, предпочитаете автомашину? - удивился толстяк.
     -  Предпочитаю!  И  вообще  не  против  провести  в  автомашине   всю
оставшуюся жизнь.
     Еще какое-то время они пытались склонять меня к занятию  гимнастикой,
но безуспешно. Вот он, желанный предлог отказаться от вертолета!  Понятно,
что в случае необходимости я вскарабкалась бы по этой веревке хоть  десять
раз, хотя мне это и не доставило  бы  удовольствия.  По-моему,  панический
страх перед веревочной лестницей я изобразила достаточно убедительно.
     - Ну что ж, садитесь, - отчаявшись, согласился патлатый. -  Но  вести
машину  вы  не  будете.  Вы  слишком  устали,   мадемуазель,   и   немного
взволнованы.
     Вел машину толстяк, а мне  позволили  сесть  рядом  с  ним.  Патлатый
поместился на заднем сиденье, а над нами летел вертолет - там, где мог,  а
где не мог, поднимался повыше. Может, они  боялись,  что  на  каком-нибудь
опасном повороте я вытолкну толстяка из машины и опять  попытаюсь  бежать.
Интересно, как бы я бежала,  задом,  что  ли,  ведь  на  опасном  повороте
развернуться невозможно.
     Остаток этого, так прекрасно начатого дня я посвятила  решению  новой
проблемы: как испортить вертолеты...


     Через несколько дней жизнь вошла в обычную  колею.  К  одиннадцати  я
спускалась на завтрак, после завтрака загорала у бассейна. Не купалась,  а
только  пользовалась  душами.  Потом  отправлялась  в  гараж,   любовалась
"ягуаром", если он был там, а если не было, осматривала помещение.  Ключей
от машины нигде не было видно. Потом шла отравлять жизнь охранникам.
     Заключалось это в том, что каждый день минимум по часу  я  дотошно  и
скрупулезно обследовала вертолеты, стоявшие на террасе.  Я  общупала  все,
что можно, залезала в кабину и пыталась открутить какие-то гайки, нажимала
на кнопки на пульте управления, включала  радио  и  все,  что  можно  было
включить. Вместо одного часового при вертолетах теперь постоянно  дежурило
двое, и они пытались мне всячески помешать.  Поначалу  мне  недвусмысленно
давали понять, чтобы я убиралась куда подальше, но  я  не  реагировала  на
подобные выпады и продолжала с удвоенной энергией ковыряться в механизмах.
Применять  ко  мне  насилие  им,  видимо,  было  запрещено,  поэтому   они
ограничивались тем, что следовали за мной по  пятам  и  время  от  времени
вежливо, но решительно отбирали у меня очередной винтик.
     Вдоволь наиздевавшись над охраной и возбудив  в  бандитах  как  можно
больше подозрений, я отправлялась отдыхать под пальму с видом  на  Европу,
откуда возвращалась лишь к обеду. Когда я была уверена, что за мной  никто
не следит, тайком пробиралась к бухте,  где  по-прежнему  стояла  яхта.  Я
узнала, что на яхте есть рулевая рубка, а в ней - удобное кресло за рулем,
или как оно там называется, - такое колесо. Бинокль помог  мне  обнаружить
место, куда, по всей вероятности, втыкается  ключик,  когда  надо  взвести
мотор. Или двигатель?
     После обеда мы обычно отправлялись в игорный дом. Я не скрывала своей

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.