Случайный афоризм
Стихи, даже самые великие, не делают автора счастливым. Анна Ахматова
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

рассчитывать нечего: никто не знает, где я высадилась, никто не видел, как
я  ехала  сюда...  Кто  может  добраться  до  этих   ужасных   подземелий,
находящихся, наверное, на уровне Луары? Этот бандит может продержать  меня
здесь до конца моих дней, и никто ему не помешает.  А  если  даже  меня  и
выпустят отсюда когда-нибудь, какой я выйду?
     Живое воображение позволило мне представить себя, и волосы мои встали
дыбом  от  ужаса.  И  опять  дикая  ярость  охватила  меня.  Этот  негодяй
распоряжается мною, хочет  отнять  у  меня  часть  жизни.  Столько  вокруг
солнца, воздуха, люди вокруг живут, как им вздумается, а меня  заточили  в
этом подземелье без всякой моей вины. Так нет же, я выйду отсюда, и  выйду
сама, не нужно мне его милости!
     До самого вечера перебирала  я  всевозможные  варианты  побега.  Чего
только не приходило в голову! Вскарабкаться по  веревке,  на  которой  мне
спускали пищу, высадить дверные  петли...  Обдумывая  эти  возможности,  я
ходила, садилась, опять вставала, потом опять  садилась,  стараясь  менять
позу и все чаще поглядывая на солому. Наконец  я  поняла,  что  больше  не
выдержу. Разорвав целлофановый пакет, я покрыла им солому. Будем  считать,
что это защита от влаги. Незаконченный шарф послужит  защитой  от  холода.
Когда я разворачивала вязанье, из него выпал крючок. Им  я  нацарапала  на
камне черту, решив вести календарь, как это принято у заключенных.
     Черта провелась очень легко, что натолкнуло меня на  мысль  начертить
на камне план замка - тогда можно будет нагляднее  его  представить.  Идея
оправдала себя. Я помнила, где находилось солнце,  когда  мы  въезжали  во
двор, помнила, сколько было времени в тот момент, и без  труда  определила
стороны света. На  соседнем  камне  я  начала  восстанавливать  по  памяти
внутренний план замка.
     Где-то около полуночи я уже точно знала,  какая  стена  моей  темницы
северная, а какая южная. Пока мне это было ни в чему. Задумалась же я  вот
над чем: по моим подсчетам выходило, что вокруг моего подземелья  не  было
других помещений - одно-одинешенькое,  как  несчастная  сирота,  оно  было
выкопано в холме над Луарой. Как это можно использовать?
     Измученная,  я  наконец  заснула,   скрючившись   на   целлофане,   и
проснулась, стуча зубами от  холода,  вся  промокшая  и  закоченевшая.  На
здоровье я никогда на жаловалась и вынослива была на редкость, но тут... К
ранее намеченным болезням надо, пожалуй, добавить еще и воспаление легких.
Нет, решительно следует что-то предпринять.
     Больше всего воды было на полу,  где  она  накапливалась,  стекая  со
стен. Правда, часть ее уходила в щели между  камнями,  но  лишь  небольшая
часть. С неимоверными усилиями мне  удалось  перекатить  большие  камни  в
другое место - не скажу, что более сухое, но, как  мне  показалось,  менее
мокрое. Затем крючком я немного  расширила  щели  между  камнями  в  самом
нижнем углу камеры. Вроде бы помогло. И уж во  всяком  случае,  я  немного
согрелась во время работы.
     Рев стражника застал меня в тот момент, когда я перекладывала  камни,
пытаясь соорудить из них ложе:
     - Эй, ты! Жива?
     - Отвяжись! - заорала я злобно,  так  как  от  неожиданности  у  меня
дрогнула рука и камень придавил  палец.  -  Какого  черта  задаешь  глупые
вопросы?
     - Так я же говорил! Если померла, не получишь еды! Опорожни корзину и
верни кувшин!
     Вынимая из корзины те же продукты, что и вчера, я  обратила  внимание
на ее форму. Это была не обычная корзинка, а как бы плетеный прямоугольник
с дном. Я проследила за ней, когда страж поднимал ее, и увидела, что  дыра
в потолке как будто увеличилась. По всей  вероятности,  пробитое  в  толще
свода отверстие сужалось вверху и предназначалось также для наблюдения  за
узником. Надо будет проверить.
     - Эй, ты! - крякнула я стражнику. - И много у тебя подопечных?
     - Нет, ты одна. Когда-то было много, а теперь никого нет!
     - Скучно тебе, должно быть?

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.