Случайный афоризм
Профессиональный писатель - изобретение буржуазной эпохи. Эмиль Мишель Чоран
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

или просто отравят. Найти же меня им будет совсем  нетрудно,  ведь  у  них
есть свои люди в полиции.
     И так плохо, и  так  не  лучше.  Я  пристально  смотрела  на  пейзаж,
мелькающий за окнами вагона, и ничего не видела, а в голове  одна  мрачная
мысль сменялась другой. Пока я не выдала  тайну,  меня  будет  разыскивать
шеф, и он же будет заботиться о том,  чтобы  со  мной  ничего  плохого  не
случилось. Как только я выдам тайну, заботиться обо мне станет Интерпол  -
а я представляю, какая это будет забота! - шеф же постарается стереть меня
с лица земли. Значит, сохранить жизнь и свободу действий я могу  только  в
том случае, если никому ничего не скажу.
     Что же следует  мне  предпринять  в  таком  случае?  Первым  делом  -
раздобыть в  Париже  фальшивые  документы  и  стать  француженкой.  А  для
восстановления сил отправиться в Таормину. Очень может быть, что  все  мои
сомнения, колебания, опасения объяснялись именно этим  -  убедить  себя  в
совершенной необходимости выезда в Таормину. Еще в  темнице  зародилась  у
меня непреодолимая тоска по морю, солнцу, кактусам,  таким,  какими  я  их
видела с балкона гостиницы "Минерва" в Таормине - лучшем курорте мира!
     Мысль о земле обетованной вытеснила из моей головы все остальные, и я
пришла в себя только на площади Республики, откуда собиралась свернуть  на
улицу де ля Дуан, чтобы  снять  номер  в  хорошо  знакомой  мне  маленькой
гостинице. Надо же, чуть было не совершила непростительную глупость!  Ведь
в этой гостинице я останавливалась всего несколько месяцев  назад  и  дала
портье такие большие чаевые - у меня  не  было  мелочи,  -  что  меня  там
наверняка запомнили. И запомнили полькой, а  теперь  я  собиралась  выдать
себя за француженку.
     Я посмотрела на часы  -  самое  рабочее  время.  Был  в  Париже  один
человек, к которому я без колебаний могла обратиться за  помощью  в  любой
момент. Мой старый испытанный друг.
     Зайдя в маленькое бистро, в котором я еще так недавно  -  а  кажется,
сотни лет назад! - ела пиццу по-неаполитански,  я  подошла  к  телефону  и
набрала номер. Его могло не быть в Париже, у него мог измениться  телефон,
он мог сменить работу - ведь мы не виделись семь лет.
     - Привет! - по-польски сказала я, когда он  снял  трубку.  -  Сколько
лет, сколько зим. Нельзя два раза войти в одну и ту же реку.
     Он молчал, потеряв, как видно, дар речи,  что  и  требовалось.  Люблю
сюрпризы!
     - О боже! - с волнением и радостью наконец отозвался си.  -  Это  ты?
Это и в самом деле ты?
     - Ага. И опять  пришла  пора,  когда  мне  надо  с  тобой  немедленно
увидеться. Похоже, что ты опять спасешь мне жизнь.
     - С удовольствием. А где ты находишься?
     - В бистро на площади Республики. Буду ждать тебя за памятником.
     - Хорошо, через пятнадцать минут я там буду.
     Чемодан мне очень мешал. Надо было оставить его в камере хранения,  а
теперь я не знала, что с ним делать. Наверняка он  привлекал  внимание,  а
для привлечения внимания вполне достаточно  изжелта-зеленого  цвета  моего
лица. Ну да ладно, ничего не поделаешь. Я ждала, внимательно  рассматривая
не представляющую никакого интереса заднюю часть памятника.
     Белая "ланчия" притормозила около меня, и я села на ходу.
     - На меня лучше не смотреть, - со вздохом посоветовала я. - Мне бы не
хотелось, чтобы в твоей душе запечатлелся именно таким мой образ. Обычно я
выгляжу несколько лучше. Очков не сниму ни за какие  сокровища.  Объяснять
тебе ничего не буду. Ты ничего обо мне не знаешь, не видел меня семь лет и
не видишь теперь.
     - Если бы ты действительно не  выглядела  несколько  необычно,  я  бы
сказал, что ты ничуть не изменилась, - с удовлетворением констатировал мой
друг. - Ты что, восстала из гроба?
     - Ты почти угадал.
     - И что тебе нужно?
     - Фальшивые документы. Французские. Достаточно хорошие,  чтобы  можно

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.