Случайный афоризм
Величайшую славу народа составляют его писатели. Сэмюэл Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

смотри на это так старательно, заболеешь.
     Муж издал неартикулированный стон и очень быстро  перевернул  шедевр.
Он обеспокоенно заглянул в коробку.
     - Там этого много?..
     - Не знаю, с первого взгляда видно бумагу...
     - Под романтическо-электрической картиной лежали  какие-то  предметы,
запакованные в бумагу и пообтыканные  ею  со  всех  сторон.  Мы  осторожно
вынули их, удивившись тяжести,  странной  для  их  размеров.  Перед  нашим
взором появились четыре очень странных подсвечника,  два  железных  и  два
керамических,  бочковатые,  бесформенные,  усеянные  множеством   ненужных
украшений, каких-то цветочков, сердечек, кокардок и черт знает, чего  еще.
Они даже неплохо подходили к рыцарю с рыбоголовом. Под ними  оказался  еще
один слой помятой бумаги.
     - Ну, - нерешительно произнес муж. - Кажется хуже уже не будет...
     Он поднял бумагу и замолчал. Рядом с шедевром, который  поразил  наши
взоры, рыцарь и подсвечники перестали существовать. Присниться должно было
именно это!
     Рама была точно такой же, из мрамора с булыжником. Содержание картины
до нас дошло не сразу. Она изображала силуэт в черном, заломивший руки  на
открытой могилой, в которой можно было разглядеть гроб, сверхъестественной
силой удерживаемый в воздухе. Оба шедевра создавал один и тот же художник,
который, по-видимому, начинал с головы, после чего, на  все  остальное  не
оставалось ни места ни сил. Силуэт поражал своим лицом. Голова у него была
еще больше, чем у рыцаря, разинутый рот, торчащие зубы, бельма на глазах и
синяки под глазами.
     Муж конвульсивным движением стянул марлю с лица и глубоко вздохнул.
     - Я вижу этому только одно объяснение, - ехидно  заметил  он.  -  Шеф
должен был это получить, посмотреть, потом прибежать сюда  и  надавать  по
морде всем, кого застанет. Отсюда и поступок Мачеяка.
     - Слишком дорого это ему  обошлось,  -  заметила  я  снимая  защитную
маску. - Давай не будем на это смотреть, а то мысли  сбиваются.  Не  знаю,
как ты, а я не чувствую себя удовлетворенной.
     - Как, тебе этого мало?!!..
     - Смотря чего. Художественных впечатлений мне хватит надолго,  а  вот
объяснений мне не хватает. Если это возможно, я понимаю  еще  меньше,  чем
раньше.  На  кой  черт   кто-то   посылает   кому-то   такую   мазню?   На
полуторадюймовых досках!.. И эти рамы!.. Для чего они нужны,  для  падения
со стены на голову?
     - Муж уставился на подсвечники.
     - Кажется, ты права, - признался он. - Это все страшно  тяжелое.  Для
падения на голову оно будет в самый раз, жаль только,  если  разобьется...
Этот железный хлам я еще понимаю, а эта керамика? Глина это или нет?
     Каждый из нас взял в руки по подсвечнику, пытаясь  сравнить  их  вес.
Мои руки были оттянуты одинаково.
     - На первый взгляд одинаково, - засомневалась я. - Подожди,  дай  мне
подумать. Собственный вес железа, насколько я помню, около семи  тысяч  на
кило... Я хотела сказать, семь тон на кубометр. Глина, даже  прессованная,
сейчас...
     - Точно прессованная, - перебил меня муж, ощупывая подсвечник.
     - Кажется от тысячи восьмисот до двух тысяч. Пусть даже  две  двести.
Железные должны быть в три раза тяжелее!
     Муж некоторое время взвешивал подсвечники в руках.
     - Это не так, - произнес он приговор.
     Мы молча смотрели  друг  на  друга  и  на  удивительные  произведения
искусства. В кухне Мачеяков поселилась неразгаданная тайна. Муж  осторожно
поставил подсвечники на стол.
     - Или я недоразвитый, или здесь что-то есть. Я  понимаю  все  меньше.
Любовь отпадает, взорваться это не взорвется, ядовитым не  кажется,  кроме
того, кто будет это лизать!..
     - И не воняет, - добавила я, обнюхав художественные изделия.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.