Случайный афоризм
Писатель есть рыцарь вечности, а журналист – рыцарь секунды. Бауржан Тойшибеков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - И вы умеете ездить?
     - Естественно умею, что за глупые вопросы!
     - Это здорово.  Видите  ли,  у  нее  есть  вольво  и  она  всегда  им
пользуется. Вам тоже придется.
     Я охнула.  Что-то  во  мне  сломалось.  Мое  влечение  к  автомобилям
оказалось сильнее всего остального. Новый вольво, о боже!!!...
     - Вы должны заплатить мне  заранее...  -  неуверенно  сказала  я,  не
отдавая себе отчета в совершаемом, думая только о том, что перед тем,  как
воплотиться в чужого человека, надо доставить в мастерскую запчасти, чтобы
вместе с возвращением в себя, получить и собственную машину.
     - Конечно, когда пожелаете! Боже, так вы согласны?!
     От до сих пор безгранично угнетенной  жертвы  чувств  стало  исходить
сверхъестественное сияние. Я стала приходить в себя.
     - Подождите секундочку, - попросила я. - Прежде  всего  опомнитесь  и
постучите себя по голове. Это неправильно. Какой же муж не поймет,  что  с
ним живет не его жена, а какая-то чужая баба?
     - Откуда! Какой живет! Я же сказал, что они почти не  видятся!  Живут
отдельно, едят отдельно, почти не не встречаются и почти не разговаривают!
Только работают, но с работой как-нибудь уладим, она может...
     - Подождите, - подозрительно прервала я. - Какой работой?
     Разошедшийся любовник немного забеспокоился.
     - В этом, собственно, главная трудность, но я не сомневаюсь, что  это
можно уладить. Видите ли, у него мастерская по производству  каких-то  там
тканей. И она делает ему шаблоны узоров или что-то  такое.  По-моему,  это
называется  набивка,  или  как-то  похоже,  а  выходит  из  этого   что-то
бархатное.
     Стечение обстоятельств показалось мне просто неправдоподобным, и даже
невероятным. Мне стало ясно - это судьба, оставалось только сдаться ей без
излишнего сопротивления. Я покорно кивнула:
     - Никаких сложностей, - уныло промямлила я. - Так получается,  что  я
прекрасно умею делать узоры для набивки тканей. Мне это не очень нравится,
потому что работа исключительно паршивая,  но  работать  я  могу  и,  если
необходимо, посвящу этому некоторое время.
     Ненадолго угасшее сияние пана Паляновского полыхнуло с новой силой. В
уставившихся на меня глазах появилось набожное удивление.
     - Не может быть... Вас послало мне  небо!  Я  искал  женщину  похожую
только  внешне,  предвидел  большие  сложности!  Может  вы  и  на  машинке
печатаете?
     - Печатаю. Руками я вообще не пишу. Исключительно на машинке.
     Пан Паляновский на противоположной стороне стола на мгновение прикрыл
глаза и будто бы поперхнулся.
     - Извините, - сказал  он  слегка  осипшим  голосом.  -  Искренне  вам
признаюсь... Я обратился к вам ни на что не надеясь, с  моей  стороны  это
был крик отчаяния. В конце-концов, у вас нет никаких поводов оказывать нам
услугу, трудиться и рисковать для чужих людей! Эти пятьдесят тысяч - всего
лишь символическое выражение благодарности, несоизмеримое с... вообще ни с
чем! Вы мне... вы нам... Вы - чудо!
     Я механически кивнула головой, рассеяно подтвердив, действительно,  я
- чудо. Мои мысли были заняты техническими вопросами предприятия.
     - Стирать я не  буду,  -  предостерегла  я  сразу.  -  Не  только  за
пятьдесят тысяч, даже за пятьсот.
     - Не надо, у него есть прачка, он все отдает ей.
     - А прислуга у них есть?  Муж  меня  может  и  не  узнать,  а  насчет
прислуги - можете не сомневаться.
     Пан Паляновский стал сам  не  свой.  С  неослабевающим  терпением  он
рассеивал мои сомнения и страхи. Прислуга есть, но она получит  отпуск  на
месяц, я ее и не увижу. Вместе  с  мужем  в  мастерской  работал  человек,
который как раз уволился, вместо него  возьмут  нового,  который  меня  не
знает. То есть, не знает настоящую жену. Гардероб... В  моем  распоряжении
будет целый склад абсолютно новой и почти новой одежды, чтобы мне было  не

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.