Случайный афоризм
Подлинно великие писатели - те, чья мысль проникает во все изгибы их стиля. Виктор Мари Гюго
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

заблокировали. На дне души поселилось что-то интригующее,  неопределенное,
нечто, что хоть и  отодвигало  в  сторону  вопрос  амуров  с  гетерой,  но
беспокоило в другом.  Я  вспомнила,  что  с  таким  блондином  все  должно
перевернуться с ног на голову,  но  отуманенная  ситуацией,  не  посвятила
пророческому голосу достойного внимания.
     - Хотя бы не занимайся ей так активно, - недовольно сказала я.
     - Я не занимаюсь ей так активно. По отношению к ней я веду  себя  так
же, как и со всеми.
     Он опять меня разозлил.
     - Но ты не снимаешь плащ старичку из конца коридора!  И  старичок  не
смотрит на тебя хищным взглядом! Не благодарит  с  пониманием,  не  роняет
перед тобой пакетов, не махает ручками  перед  твоим  носом,  не  ждет  за
обедом и ужином, пока ты спустишься! И я  не  разу  не  видела,  чтобы  ты
зажигал старичку трубку!..
     - Наверняка я бы получил этой трубкой по голове...
     - Интересно, кого бы из нас ты спасал, если  бы  мы  вместе  упали  в
воду!  Прекрасный  случай,   поинтересоваться!   Скорее   всего   ее,   из
вежливости...
     - Похоже на то, что она умеет плавать...
     - Зато я умею грести! А если бы не умела, что тогда?!
     - По-моему, я являюсь объектом классической сцены ревности?
     - Как, ты только теперь заметил? Что за реакции!...
     - Хорошо, я ей заниматься не буду. Если она что-нибудь уронит, я  изо
всех сил пну это подальше, и стану громко хохотать.
     - Надеюсь, это будет сырое яйцо, - мстительно произнесла я и  наконец
перестала дурачиться. Мысль о том, что он пнет сырое  яйцо,  удовлетворила
меня в достаточной степени.
     Скандал оказался ненужным, потому  что  на  следующий  день,  девушка
исчезла. Это не  значит,  что  ее  кто-то  похитил  или,  что  она  как-то
таинственно пропала, просто убралась из своего номера, в котором поселился
кто-то другой. Я испытала облегчение смешанное  с  недовольством  собой  и
решила о ней забыть.
     Все было бы хорошо, если бы не возникли новые проблемы. Ночная  жизнь
на улице перед Гранд-отелем приобрела невыносимые размеры и  гремела  так,
будто там происходил по крайней мере старт гонок  в  Монте-Кальварио.  Мне
это особо не мешало, потому что сон у меня, слава богу, каменный,  если  я
засну, понадобится землетрясение, чтобы меня  разбудить.  Но  Марек  почти
полностью перестал спать. Он стал немного  раздраженным,  это  раздражение
подавлял, но тем не менее, его можно было заметить. Прежде  чем  я  успела
подумать, что делать с этим фантом, возникли следующие хлопоты, а  именно,
я получила по почте корректуру очередной рукописи. Из-за дела  Мачеяков  я
полностью пренебрегла профессиональными обязанностями, но уезжая  в  Сопот
успела договориться по телефону, что  эта  рукопись  будет  мне  в  нужный
момент прислана, я как можно быстрее сделаю все необходимые правки  и  как
можно быстрее  отошлю  обратно,  потому  что  в  случае  опоздание  с  ней
произойдет что-то нехорошее, она вылетит из плана или еще  что-то  в  этом
роде. Передо мной возникла перспектива двух, а то и трех дней  напряженной
работы и я сдурела окончательно.
     Я сама предложила, чтобы Марек на эти три дня переехал в Гранд-отель,
что при случае позволит ему выспаться.  Я  боялась  его  реакции,  мужчины
имеют странное отвращение к уступкам по поводу работы  любимых  женщин.  К
моему великому удовольствию, он принял это естественно,  признавшись,  что
тоже думал об этом и считает единственным выходом. Мне даже  странно,  как
мне не пришло в  голову,  что  еще  никогда  в  жизни  никакие  проявления
рассудка до добра меня не доводили.
     Рукопись висела надо мною, как упрек совести,  я  хотела  эту  правку
начать и кончить, поэтому  оставила  его  без  присмотра,  не  вдаваясь  в
подробности, удовлетворившись  информацией,  что  он  получил  комнату  на
втором этаже Гранд-отеля. Слава богу, я даже  не  осмотрела  эту  комнату!
Исключительно благодаря этому, моя рукопись вовремя отправилась в Варшаву,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.