Случайный афоризм
Мне кажется, что я наношу непоправимый урон чувствам, обуревающим мое сердце, тем, что пишу о них, тем, что пытаюсь их объяснить вам. Луи Арагон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     К ним подошла Селена, и в их шлемах раздался ее голос:
     - Здравствуйте, мистер Готтштейн. Я  не  люблю  ни  подслушивать,  ни
вмешиваться в чужие разговоры, но в скафандре слышно все, о чем говорят  в
пределах видимости.
     - Добрый вечер, мисс Линдстрем, - повернулся к ней Готтштейн. -  Я  и
не собирался делать тайны из нашей беседы. Так, значит,  вы  интересуетесь
парафизикой?
     - Очень!
     - И неудачные эксперименты вас не обескураживают?
     - Они ведь не такие уж неудачные, - ответила Селена. - Просто  доктор
Денисон не вполне в курсе.
     - Что?! - Денисон повернулся на  каблуках  так  резко,  что  чуть  не
опрокинулся на спину. Из-под его ног вырвалось облако пыли.
     Они все трое стояли теперь лицом к  пионотрону.  Над  ним  на  высоте
человеческого роста пылала огненная точка, похожая на пухлую звезду.
     - Я увеличила напряженность магнитного поля, - сказала  Селена,  -  а
ядерное  поле  оставалось  устойчивым,   не   менялось,   потом   началось
рассеивание, усилилось и...
     - Образовалась протечка! - докончил Денисон. - Черт! А я и не  видел,
как это произошло.
     - Я прошу у вас прощения, Бен, - сказала Селена. - Но ведь сначала вы
о чем-то задумались. Потом явился мистер Готтштейн, и я не  удержалась  от
соблазна попробовать самой.
     - Объясните же, что я, собственно, вижу, - попросил Готтштейн.
     - Вы  наблюдаете  спонтанное  излучение  энергии  веществом,  которое
просачивается из другой вселенной в нашу, - сказал Денисон.
     Едва  он  договорил,  как  свет  над  пионотроном  вдруг   погас,   и
одновременно в сотне шагов от них вспыхнула  другая,  чуть  более  тусклая
звезда.
     Денисон кинулся к пионотрону, но Селена с лунной грацией стремительно
скользнула вперед и оказалась там намного раньше него. Она отключила поле,
и дальняя звезда погасла.
     - Видите ли, место протечки неустойчиво, - сказала она.
     - В весьма  малой  степени,  -  возразил  Денисон.  -  Учитывая,  что
смещение на один световой год теоретически так же возможно, как и смещение
на сотню ярдов, эти сто ярдов можно считать чудом устойчивости.
     - И тем не менее  такого  чуда  еще  мало,  -  категорически  заявила
Селена.
     - Простите, так ли я понял то,  о  чем  вы  говорите?  -  перебил  их
Готтштейн. - Значит, вещество может просачиваться в нашу вселенную и  тут,
и там, и где угодно?
     - Вовсе не где угодно, -  ответил  Денисон.  -  Вероятность  протечки
падает с увеличением расстояния до пионотрона, причем очень  стремительно.
Зависит это от  целого  ряда  факторов,  и  должен  сказать,  нам  удалось
добиться просто поразительной  устойчивости.  Тем  не  менее  смещение  на
несколько сотен ярдов не исключено, чему вы сами были свидетелем.
     - А не могла ли она сместиться в город или внутрь наших скафандров?
     - Да нет же! - с досадой ответил Денисон. - Возможность протечки - во
всяком случае, такой,  какую  можно  получить  с  помощью  наших  методов,
определяется, в частности,  плотностью  вещества,  уже  присутствующего  в
нашей вселенной. Вероятность того, что место протечки сместится из вакуума
туда, где атмосфера будет иметь хоть одну сотую плотности воздуха в городе
или внутри наших скафандров,  практически  равна  нулю.  Попытка  добиться
протечки где-нибудь еще, кроме вакуума, заведомо обречена на неудачу - вот
почему мы сразу начали свои эксперименты здесь, на поверхности.
     - Значит, ваша установка не похожа на Электронный Насос?
     - Нисколько, - сказал Денисон. - Электронный Насос осуществляет обмен
веществом. А  тут  мы  имеем  дело  с  однонаправленной  протечкой.  Да  и
поступает это вещество не из паравселенной.
     - Не поужинаете ли вы у меня сегодня, доктор Денисон? - вдруг спросил

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.