Случайный афоризм
Ни один великий поэт не может не быть одновременно и большим философом. Сэмюэл Тейлор Колридж
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

- Если мне придется работать одному, то по  крайней  мере  не  надо  будет
тратить время и силы на то, чтобы оберегать чье-то спокойствие.
     Он встал, собираясь уйти. Оба были рассержены и  держались  теперь  с
той  сухой   корректностью,   которая   возникает   между   собеседниками,
настроенными враждебно, но соблюдающими внешнюю вежливость.
     - Полагаю, - сказал Ламонт, - мне необязательно просить  вас  считать
нашу беседу конфиденциальной?
     Броновский тоже поднялся.
     - О, разумеется, - ответил он холодно, и они учтиво пожали друг другу
руки.
     Ламонт решил, что на Броновского ему рассчитывать  не  приходится,  и
принялся убеждать себя, что он и сам может  отлично  справиться  со  всеми
трудностями перевода.
     Однако два дня спустя Броновский явился к  Ламонту  в  лабораторию  и
сказал без всякого вступления:
     - Я уезжаю, но в сентябре  вернусь.  Я  принял  приглашение  работать
здесь, так что, если это вас по-прежнему  устраивает,  я  посмотрю  тогда,
может ли у меня что-нибудь получиться с переводом этих ваших символов.
     Ламонт не успел даже оправиться от удивления и поблагодарить его, как
Броновский сердито вышел из комнаты,  словно  согласиться  ему  было  даже
неприятнее, чем отказаться.
     Со  временем  они  подружились.  И  со  временем  Ламонт  узнал,  что
заставило Броновского изменить  первоначальное  решение.  На  другой  день
после их спора Броновский был приглашен в преподавательский клуб на званый
завтрак, на котором присутствовал весь цвет университетской  администрации
во главе, разумеется, с ректором. Во время завтрака Броновский  объявил  о
своем  согласии  работать  в  университете,  упомянув,   что   необходимое
официальное заявление пришлет несколько позже, и все выразили удовольствие
по этому поводу.
     Ректор сказал:
     "Поистине, это великолепное перо в шляпу нашего университета,  что  в
его стенах будет трудиться прославленный переводчик айтасканских надписей!
Для нас это большая честь".
     Конечно, никто даже не намекнул ректору на его ляпсус,  и  Броновский
продолжал  сиять  улыбкой,  правда  теперь  несколько  вымученной.   После
завтрака заведующий кафедрой древней истории сказал в  извинение  ректора,
что он родом из Миннесоты и большой патриот своего  штата,  который  знает
много лучше античности, а поскольку озеро Айтаска является истоком великой
Миссисипи, такая оговорка вполне естественна.
     Но этот эпизод, словно подкреплявший насмешки Ламонта над его славой,
несколько уязвил Броновского.
     Когда Ламонт услышал эту историю, он расхохотался.
     - Можешь не продолжать, - заявил он. - Я ведь и сам через это прошел.
Ты сказал себе: "Черт подери, я сделаю такое, что даже этот олух  вынужден
будет запомнить".
     - Что-то в этом роде, - согласился Броновский.



                                    5

     Однако год работы  не  принес  практически  никаких  результатов.  Их
послания в конце  концов  попали  по  назначению,  они  получили  ответные
послания. И - ничего.
     - Ну, попробуй догадаться, - лихорадочно требовал  Ламонт.  -  Возьми
хоть с потолка. И испробуй на них.
     - Я этим и занимаюсь, Пит. Что ты нервничаешь? На этрусские надписи я
потратил двенадцать лет. А ты что же, думал,  на  это  потребуется  меньше
времени?
     - Черт возьми, Майк. Двенадцать лет - это немыслимо.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.