Случайный афоризм
Никто не может быть хорошим поэтом без душевного огня и без некоторого вдохновения - своего рода безумия. То же самое говорят Демокрит и Платон. Марк Туллий Цицерон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Мягкий. А тут новые рационалы достигли возраста обучения, и они с Лостеном
виделись теперь все реже и реже.
     Лостен  занимался  с  двумя  рационалами-подростками  в  радиационной
камере. Он увидел Уна сквозь стеклянную стену и вышел  к  нему,  тщательно
закрыв за собой дверь.
     - Левый мой! - сказал он, протягивая свои конечности. При виде  этого
дружеского движения Ун, как и прежде, испытал безрассудное  желание  сжать
их, но сумел сдержаться. - Как поживаешь?
     - Я не хочу мешать вам, Лостен-ру.
     - Мешать? Эти двое  прекрасно  позанимаются  и  сами.  Вероятно,  они
только рады, что я ушел. Мне кажется, им надоедает все время меня слушать.
     - Ну, уж этого не может быть, - сказал  Ун.  -  Я  всегда  готов  был
слушать вас без конца. И конечно, их ваши объяснения увлекают не меньше.
     - Ну-ну, спасибо на добром слове. Я часто вижу тебя в  библиотеке,  и
мне говорили, что твои успехи в завершающих занятиях по-прежнему блестящи,
но я немножко скучаю без своего лучшего ученика. Как поживает  Тритт?  Все
еще по-пестунски упрям?
     - Он с каждым днем становится упрямее. Триада только им и держится.
     - А Дуа?
     - Дуа? Я ведь искал вас... Вам известно, какая она особенная.  Лостен
кивнул.
     - Да,  я  знаю,  -  сказал  он  с  выражением,  которое  Ун  научился
истолковывать как грусть.
     Он немного поколебался, а потом решил говорить прямо.
     - Лостен-ру, - начал он, - ее привели к  нам,  к  Тритту  и  ко  мне,
именно потому, что она особенная?
     - А тебя это удивило бы? Ты ведь и сам особенный. И ты не раз говорил
мне, что Тритт бывает не таким, как другие пестуны.
     - Да, - убежденно сказал Ун. - Он совсем не такой.
     - И значит, естественно, что для вашей триады  требовалась  особенная
эмоциональ, не так ли?
     - Но ведь  особенность  бывает  разная,  -  задумчиво  сказал  Ун.  -
Некоторые своеобразные привычки Дуа сердят Тритта и тревожат  меня.  Можно
мне с вами посоветоваться?
     - Разумеется?
     - Она... она избегает синтеза.  Но  Лостен  слушал  невозмутимо,  как
будто речь шла о самых обычных вещах.
     Ун продолжал:
     - В тех случаях, когда она соглашается,  разреживание  ей  как  будто
приятно меньше, чем нам, и все-таки соглашается она очень редко.
     - А что ищет в синтезе Тритт? - спросил Лостен.  -  Помимо  приятного
ощущения от разреживания? Что важно для него?
     - Дети, конечно, - ответил Ун. - Я им рад, и Дуа тоже, но ведь  Тритт
- пестун. Вам это понятно? (Уну вдруг показалось,  что  Лостен  неспособен
уловить все тонкости внутренних взаимоотношений триады.)
     - В какой-то мере, - ответил Лостен.  -  Следовательно,  насколько  я
могу  судить,  Тритт  получает  от  синтеза  нечто  большее,  чем   просто
удовольствие. А как ты сам? Чем тебя привлекает синтез?
     Ун задумался.
     - По-моему, вы это знаете. Он дает мне своего  рода  интеллектуальную
стимуляцию.
     - Да, я знаю. Но мне нужно было проверить, насколько ты отдаешь  себе
в этом отчет. Я хотел убедиться, помнишь ли ты. Ведь  ты  не  раз  говорил
мне, как,  выходя  из  синтезированного  состояния,  которое  сопряжено  с
загадочной и полной утратой ощущения времени - и, по  правде  сказать,  ты
действительно исчезал  на  довольно  долгие  сроки,  ты  обнаруживал,  что
вопросы, прежде трудные и неразрешимые, вдруг стали  ясными  и  понятными,
что твои знания расширились.
     - Мой интеллект словно бы оставался активным и  на  протяжении  этого
интервала полной  утраты  сознания,  -  сказал  Ун.  -  У  меня  создается

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.