Случайный афоризм
Мне кажется, что я наношу непоправимый урон чувствам, обуревающим мое сердце, тем, что пишу о них, тем, что пытаюсь их объяснить вам. Луи Арагон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

спросила у своего левого брата, который был гораздо старше ее,  что  такое
"олевелая эм". Он замкнулся в себе, смутился  -  смущение  она  восприняла
очень четко - и пробормотал: "Не знаю", хотя ей  было  ясно,  что  он  это
прекрасно знает.
     Поразмыслив, она пошла к своему пестуну и спросила: "Я  олевелая  эм,
папочка?"
     Он сказал: "А кто тебя так назвал, Дуа? Не надо  повторять  нехорошие
слова".
     Она обвилась вокруг его ближнего уголка, немножко подумала и сказала:
     "А это очень нехорошо?"
     "С возрастом у тебя это пройдет", - сказал он и  выпятился  так,  что
она начала раскачиваться и вибрировать. Она всегда очень любила эту  игру,
но на этот раз ей не захотелось играть -  ведь  нетрудно  было  догадаться
что, в сущности, он ничего не ответил. Она заструилась  прочь,  раздумывая
над его словами. "С возрастом у тебя это пройдет". Значит,  сейчас  у  нее
"это" есть. Но что "это"?
     Даже тогда у нее не было  настоящих  подруг  среди  эмоционалей.  Они
любили  перешептываться  и  хихикать,  а  она  предпочитала  струиться  по
каменным обломкам, которые нравились ей своей зазубренностью. Но некоторые
из ее сверстниц-середин относились к ней без  враждебности  и  не  так  ее
раздражали. Например, Дораль. Она была, конечно, не  умнее  остальных,  но
зато от ее болтовни иногда становилось  весело.  (Дораль,  когда  выросла,
вошла в триаду с правым братом  Дуа  и  очень  молодым  левым  из  другого
пещерного комплекса - этот левый показался  Дуа  не  слишком  симпатичным.
Затем Дораль взрастила крошку-левого и почти сразу же - крошку-правого,  а
за ними  через  короткий  промежуток  последовала  крошка-серединка.  Сама
Дораль стала теперь такой плотной, что казалось, будто  в  их  триаде  два
пестуна, и Дуа не понимала, как они вообще могут синтезироваться. И тем не
менее Тритт все  чаще  многозначительно  говорил  при  ней  о  том,  какую
замечательную триаду помогла создать Дораль.)
     Как-то, когда они с Доралью сидели вдвоем, Дуа шепнула:
     "Дораль, а ты не знаешь, что такое олевелая эм?"
     Дораль захихикала, собралась в комок, словно стараясь стать как можно
незаметнее, и ответила: "Это эмоциональ, которая держится точно  рационал.
Ну,  знаешь,  как  левый.  Поняла?  "Олевелая  эм"  -  это  значит  "левая
эмоциональ". Поняла?"
     Разумеется,  Дуа  поняла.  Стоило  немножко  подумать,  и  это  стало
очевидным. Она бы и сама разобралась, если бы могла  вообразить  подобное.
Она спросила:
     "А ты откуда знаешь?"
     "А мне говорили старшие эмоционали", - вещество Дорали заклубилось  и
Дуа почувствовала, что ей это почему-то неприятно.
     "Это неприлично!" - добавила Дораль.
     "Почему?"
     "Ну, потому что неприлично. Эмоционали  не  должны  вести  себя,  как
рационалы".
     Прежде Дуа вообще не задумывалась над такой возможностью,  но  теперь
она поразмыслила и спросила:
     "Почему не должны?"
     "А потому! И знаешь, что еще неприлично?"
     Дуа почувствовала невольное любопытство.
     "Что?"
     Дораль ничего не ответила, но внезапно часть ее резко  расширилась  и
задела Дуа,  которая  от  неожиданности  не  успела  втянуться.  Ей  стало
неприятно, она сжалась и сказала:
     "Не надо!"
     "А знаешь, что еще неприлично? Можно забраться в камень!"
     "Нет, нельзя", - заявила Дуа. Конечно, глупо было так говорить,  ведь
Дуа сама нередко забиралась во внешние слои камней, и ей это нравилось. Но
хихиканье Дорали так ее уязвило, что она почувствовала гадливость и тут же

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.