Случайный афоризм
Никогда слава не придет к тому, кто сочиняет дурные стихи. Михаил Афанасьевич Булгаков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     -  Послушай,  Дуа,  -  сказал  он  после  паузы.  -  В   нашем   мире
действительно  есть  только  один  вид  живых  существ,  и  живут  в   нем
действительно только Жесткие. Ты уловила это, и тут  ты  не  ошиблась.  Но
отсюда вовсе не следует, что Мягкие - машины, а не  живые  существа.  Нет,
просто мы принадлежим к этому  же  виду.  Мягкие  -  это  первичная  форма
Жестких. Мы появляемся на свет,  как  Мягкие,  становимся  взрослыми,  как
Мягкие, а потом мы переходим в Жестких. Ты поняла?
     - Что? Что? - спросил Тритт тихо и растерянно.
     - Погоди, Тритт, - сказал Ун. - Не сейчас. Потом ты тоже  поймешь.  А
пока я говорю для Дуа.
     Он следил за тем, как Дуа обретает матовость.
     -  Послушай,  Дуа!  -  сказал  он  потом.  -  Всякий  раз,  когда  мы
синтезируемся, когда синтезируется любая  триада,  мы  образуем  Жесткого.
Каждый Жесткий триедин,  потому-то  он  и  жесткий.  И  весь  срок  утраты
сознания в период синтезирования  мы  живем  в  форме  Жесткого.  Но  лишь
временно, а потом, выходя из синтеза, мы все забываем. И долго  оставаться
Жестким мы не можем,  нам  необходимо  возвращаться  в  мягкое  состояние.
Однако всю свою жизнь мы развиваемся  от  стадии  к  стадии.  Отпочкование
каждого ребенка  отмечает  такую  стадию.  Появление  третьего  ребенка  -
крошки-эмоционали - открывает путь к заключительной стадии, когда сознание
рационала само, без содействия остальных двух, обретает память  о  кратких
периодах  существования  в  форме  Жесткого.  Тогда  и  только  тогда   он
становится способен провести безупречный синтез, который создаст  Жесткого
уже навсегда и  обеспечит  триаде  новую  единую  интеллектуальную  жизнь,
посвященную приобретению знаний. Я ведь говорил тебе, что  переход  -  это
как бы новое рождение. Тогда я лишь нащупывал эту неясную мысль, но теперь
я говорю то, что знаю твердо.
     Дуа смотрела на него, силясь улыбнуться. Она сказала:
     - Как ты можешь настолько обманываться,  Ун?  Будь  это  так,  почему
Жесткие не рассказали тебе об этом раньше? Да и всем нам тоже?
     - Они не могли,  Дуа.  Когда-то,  тысячи  тысяч  циклов  тому  назад,
синтезирование представляло  собой  лишь  соединение  атомов  тела.  Но  в
результате эволюции у первоначальных форм постепенно развились разные типы
сознания. Слушай, Дуа. Синтезирование включает в себя и слияние  сознаний,
а это процесс гораздо более сложный и  тонкий.  Рационал  может  слить  их
правильно и навсегда, только когда  он  созреет  для  этого.  Зрелость  же
наступает в тот момент, когда он  сам,  без  чьей-либо  помощи,  постигает
сущность происходящего, когда его сознание  наконец  становится  способным
вместить воспоминания о том, что происходило в периоды временных  слияний.
Если  рационалу  объяснить  все  заранее,  естественность  развития  будет
безнадежно искажена, он уже не сумеет  определить  правильный  момент  для
безупречного синтеза, и новый Жесткий  получится  ущербным.  Когда  Лостен
умолял меня думать, он очень рисковал.  И  не  исключено,  что...  Хотя  я
надеюсь... Видишь ли, Дуа, мы ведь особый случай. Из поколения в поколение
Жесткие старательно подбирали триады так, чтобы появлялись особо одаренные
новые Жесткие. И наша триада - лучшая из тех, которые им  удалось  до  сих
пор подобрать. А особенно ты, Дуа. Особенно ты.  Лостен  -  это  слившаяся
триада, чьей крошкой-серединкой когда-то была ты. Какая-то его часть  была
твоим пестуном. Он следил за тобой. Он привел тебя к нам с Триттом.
     Дуа приподнялась. Голос ее стал почти нормальным.
     - Ун! Ты придумал все это, чтобы утешить меня?
     Но, опередив Уна, ей ответил Тритт:
     - Нет, Дуа! Я это тоже чувствую. Да, чувствую.  Я  не  совсем  понял,
что, но я это чувствую.
     - Он говорит правду, Дуа, - сказал Ун. - И ты это тоже  почувствуешь.
Разве ты уже не припоминаешь хоть немного, как мы были  Жестким  в  период
нашего синтеза? Разве ты не хочешь еще раз  синтезироваться?  В  последний
раз? В самый последний?
     Он помог ей  подняться.  В  ней  чувствовался  жар,  и  она,  хоть  и
сопротивлялась, уже начала разреживаться.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.