Случайный афоризм
Писатель - это человек, которому язык является как проблема и который ощущает глубину языка, а вовсе не его инструментальность или красоту. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Луну - очень привлекательный и интересный мир. И чувствую  себя  виноватым
потому, что ощущаю такую потребность. Мне стыдно, что я словно  побаиваюсь
принять на себя бремя Земли - и силу тяжести, и все прочее.
     - Да, могу себе представить, что эти добавочные пять  шестых  дадутся
вам не очень легко, - сказал Готтштейн. - Я пробыл на Луне всего несколько
дней, и уже нахожу, что одна  шестая  земной  силы  тяжести  -  прекрасная
штука.
     - Ну, вы перемените мнение, когда ваше пищеварение взбунтуется и  вам
неделями придется жить  на  касторке,  -  со  вздохом  заметил  Монтес.  -
Впрочем, это пройдет... Но хотя вы и ощущаете легкость во всем теле, лучше
все-таки не изображайте из себя легкую серну. Для этого требуется  большое
уменье.
     - Я понимаю.
     - О нет, Готтштейн, вам только кажется, будто вы понимаете.  Вы  ведь
еще не видели кенгуровой припрыжки?
     - Видел по телевизору.
     - Ну, это совсем  не  то.  Надо  самому  попробовать.  Лучший  способ
быстрого передвижения по  ровной  лунной  поверхности.  Вы  отталкиваетесь
обеими ступнями, словно для прыжка в длину на Земле. В воздухе вы выносите
ноги вперед, а в последний момент опускаете их и снова  отталкиваетесь.  И
так  далее.  По  земным  меркам  это  происходит  довольно-таки  медленно,
поскольку тяжесть, обеспечивающая толчок, невелика, зато с каждым  прыжком
человек покрывает свыше двадцати футов, а для того  чтобы  удерживаться  в
воздухе - то есть если бы тут был воздух, -  необходимы  лишь  минимальные
мышечные усилия. Ощущение такое, будто ты летишь...
     -  Значит,  вы  пробовали?   Вы   умеете   передвигаться   кенгуровой
припрыжкой?
     - Да, я пробовал, но у  землянина  это  по-настоящему  получиться  не
может. Мне удавалось сделать до пяти прыжков подряд -  вполне  достаточно,
чтобы возникло ощущение полета и чтобы захотелось прыгать дальше.  Но  тут
вы обязательно  допускаете  просчет,  слишком  замедляете  или  убыстряете
движения и катитесь кубарем четверть мили, если не больше. Луняне  вежливы
и никогда над вами не смеются. Сами же они начинают с раннего  детства,  и
для них это все просто и естественно.
     - Это ведь их мир, - усмехнулся Готтштейн. - А вы  представьте  себе,
как они выглядели бы на Земле.
     - Но ведь они в таком положении оказаться никак не могут. Им пути  на
Землю нет. Тут мы имеем перед ними преимущество. Нам  открыты  и  Земля  и
Луна. А они способны жить только на  Луне.  Мы  порой  забываем  об  этом,
потому что подсознательно путаем лунян с грантами.
     - С кем, с кем?
     - Так они называют иммигрантов с  Земли.  Тех,  кто  почти  постоянно
живет на Луне, но родился и вырос на Земле. Иммигранты могут  при  желании
вернуться  на  Землю,  но  у  настоящих  лунян  ни  кости,  ни  мышцы   не
приспособлены к тому, чтобы выдерживать земное тяготение. В начале  лунной
истории это не раз приводило к подлинным трагедиям.
     - Вот как?
     - К сожалению. Родители  возвращались  на  Землю  с  детьми,  которые
родились на Луне... Мы  про  это  как-то  забываем.  Это  ведь  были  годы
решительного перелома, и смерть горстки детей прошла в  тот  момент  почти
незамеченной. Внимание человечества было поглощено общемировой ситуацией и
ее окончательным разрешением в конце двадцатых годов. Но здесь,  на  Луне,
помнят всех лунян, не выдержавших жизни в условиях земной силы  тяжести...
По-моему, это помогает им ощущать себя самостоятельными и независимыми.
     - Мне казалось, что на Земле я получил всю необходимую информацию,  -
сказал Готтштейн, -  но,  по-видимому,  мне  предстоит  узнать  еще  очень
многое.
     - Изучить Луну полностью по сведениям, поступающим на Землю, попросту
невозможно, а потому я подготовил для  вас  исчерпывающее  резюме.  То  же
сделал для меня мой предшественник.  Вы  убедитесь,  что  Луна  необычайно

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.