Случайный афоризм
Очень оригинальный человек часто бывает банальным писателем и наоборот. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Садимся на обитый бархатом диван. Я лезу в  карман, вынимаю свою книжку и пишу
на титульном листе:
"Милой Настасье. Эрмитаж. 26 декабря 19..." -- Далее я машинально вывожу
авторучкой ноль, но, вовремя опомнившись, переправляю его на восьмерку и
заканчиваю тройкой.
-- Спасибо, -- усмехается Настя. -- Ты, кажется, позабыл, какой у нас год. Да
мог бы написать что-нибудь поинтереснее.
Идем дальше. У малых голландцев Настя становится разговорчивой.
-- Сначала я думала, что ты очень занят, что тебе не до меня, что тебя мучают
твои творческие заботы, что тебя истязает твоя проклятая рефлексия, что на тебя
опять навалились твои сомнения. Потом я стала думать, что ты от меня немножко
устал и тебе необходимо от меня чуточку отдохнуть. А теперь я уж не знаю, что и
думать. Может быть, ты все же растолкуешь мне, в чем дело, расскажешь мне, что
случилось?
Интерьер готической церкви. В глубине, за колоннами пастор, склонившись с
кафедры, читает проповедь. На переднем плане группа прихожан. Женщина в темном
платье с белым кружевным воротником сидит на маленьком стульчике спиной к
пастору. У колонны стоит девочка-подросток. Ее лицо в тени.
-- Ты разлюбил меня? Я для тебя слишком стара и недостаточно красива? Ты
полюбил другую? Ну, отвечай же! Чего ты молчишь?
Девочка у колонны делает шаг в сторону. Ее лицо освещается, и я замечаю, что
она пристально смотрит на меня.
-- Но, быть может, ты и не любил меня никогда? Это только мне, дуре, казалось,
что любишь. Это только мне так хотелось, чтобы ты меня любил. Это я все
придумала на свою голову, на свое несчастье.
Натюрморт. На темно-пурпурной бархатной смятой скатерти остатки легкого ужина.
Оранжево-красный вареный краб, гроздь прозрачного желтого винограда, синяя
фаянсовая тарелка, ножик с костяной ручкой, массивный бокал из дымчатого
стекла. В бокале недопитое светлое вино. В вине плавает полуочищенный апельсин.
Срезанная ножом кожура, свернувшись спиралью, свешивается через край бокала.
Тут же забытые кем-то золотые часы с брелоком на зеленой шелковой ленте.
-- Ты очень изменился за этот год. Я не узнаю тебя. Может быть, ты болен и
скрываешь это? А может быть, и сам не понимаешь, что болен? Ты ведешь себя
странно. Я боюсь за тебя. И за себя тоже. И за Женьку. Ведь если со мной что
случится...
Отрываю виноградину и протягиваю ее Насте. Она берет ее, кладет в рот и жует.
-- Кислый виноград, -- говорит она. -- Чуть-чуть бы послаще.
-- Какой уж есть! -- говорю я и снова тянусь к винограду. При этом я задеваю
рукавом ножик с костяной ручкой. Он с легким звоном падает на пол. "Ну вот, --
думаю, -- испортил натюрморт!" Нагнувшись, подымаю ножик и осторожно кладу его
на место.
-- Не трогай ты ничего, я тебя умоляю! -- говорит Настасья.
Пейзаж. Довольно ветхие каменные городские ворота с маленькой надвратной
часовенкой и с подъемным мостом, переброшенным через ров. К воротам ведет
широкая песчаная дорога, с двух сторон обнесенная грубоватой деревянной
оградой. У ограды стоит нищий с протянутой рукой. По дороге бегает бездомная
собачонка. Вечер. Ворота еще освещены, но дорога уже в тени. Издалека доносится
колокольный звон.
Мы с Настей выходим на дорогу. Нищий смотрит на нас с надеждой. Подбежавшая
собака обнюхивает нас.
-- Как здесь тихо! -- произносит Настя. -- Только колокола. Люблю колокольный
звон. У тебя есть   мелочь?
Достаю из кошелька несколько монет. Настя подходит к нищему и кладет деньги в
его ладонь. Нищий кланяется и что-то бормочет. Настя возвращается ко мне.
Собака ее сопровождает.
-- И воздух здесь очень чистый, -- продолжает Настасья, -- как на даче.
Городишко, правда, невзрачненький. Провинция небось.
Вынув из сумочки кружевной платочек (у Ксюши есть почти такой же), Настя
прикладывает его к глазам.
-- Я понимаю, тебе уже скучно слушать меня, тебе уже надоело мое нытье, тебе

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.