Случайный афоризм
Задержаться в литературе удается немногим, но остаться - почти никому. Корней Иванович Чуковский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

16 ДЕКАБРЯ
в зале Дворянского собрания
состоится сольный концерт
певицы
К. В. БРЯНСКОЙ
в программе
цыганские и русские романсы

...Шестнадцатое
декабря... шестнадцатое декабря... Но где, где же я видел эту дату раньше? Она,
кажется, была высечена на камне. Да, на камне! Она была над входом в какое-то
сооружение, в какое-то небольшое здание... Она была над входом в часовню! В ее,
Ксюшину, часовню на кладбище! Как давно я там не был! Почти год. И не тянуло
меня туда, не тянуло! Ведь Ксюша была жива, была со мною! Впрочем, на кладбище
мы с нею заходили, но это было в девятьсот восьмом, и тогда... и тогда я,
естественно, не мог видеть часовню и эту надпись над входом. И вот поэтому я
позабыл, успел позабыть... Но если бы вспомнил в трактире, или вчера, или
сегодня в начале концерта?.. Ведь я же мог бы ее спасти! Ведь тогда у меня уже
не было бы сомнений! Ведь тогда... А как же часовня? Ведь она существует! Ведь
она стоит там, у речки! И на сером камне вырублена эта дата! И число
обозначено, и месяц, и год. Только у года, будто нарочно, сбиты последние две
цифры. Стало быть, все заранее предопределено! Все заранее тщательно продумано!
Все до мелочей! Потому и забыл я о дате, что так угодно было провидению, что
так надо было! И кому-то было угодно, чтобы подлец Ковыряхин... К тому же на
моих глазах! Но кто он, этот великий фантазер, этот жестокий драматург, этот
автор всех человеческих трагедий? За что он бедную Ксюшу? В расцвете красоты! В
зените славы! Ей бы еще петь и петь! Ей бы в оперу! Она потрясла бы весь мир! И
меня вместе с трактирщиком он выбрал орудием своей творческой прихоти. Именно
меня ему и не хватало для стройности сюжета. Но, быть может, Ксюша была права?
Но, быть может, это и есть плата? За талант? За успех и богатство? К тому же
смерть красивая, ничего не скажешь. Жизни ее под стать. На эстраде. На глазах у
почитателей. Положили на рояль. Такую прекрасную, белую на черный рояль,
черный, как смерть. Сколько лет она пела, стоя у этого рояля, опершись о него,
отражаясъ в его блестящем боку! И вот ее положили на него. Как все красиво!
Красиво до ужаса, до безумия. Самое время теперь мне рехнуться. Пример
Знобишина соблазнителен. Стало быть, и правда -- за все надо платить.
"Граждане, не забывайте оплачивать проезд!" Забудешь, так напомнят. Где-то
ведут учет, в какой-то бухгалтерии. "Это уже оплачено, а это представить к
оплате. И пусть не забудут расписаться в ведомости!" У Бога, значит, есть такая
бухгалтерия в его "аппарате". Бог дал -- Бог взял. А Ксения любила Бога. И
часто молилась ему. И доверяла ему. Как же не доверять -- он дал ей так много.
А Бог ее, как перепелку, на лету. Метко стреляет! Но, говорят, что раньше
прочих он берет к себе тех, кого любит. Любил он Ксюшу и не смог удержаться --
взял ее к себе. Сидит она сейчас у Бога в раю и пьет чай с вареньем из черной
смородины. "Ну что, попела?" -- спрашивает Бог. "Попела", -- отвечает Ксюша и
дует на чай. Чаевничают небось как положено, пьют из блюдец, по-русски. "Вот и
хорошо, -- говорит Бог. -- Теперь чайку попей, отдохни. У меня тут тепло,
спокойно. А я по тебе соскучился. Уж очень ты мила и даровита. Таких женщин,
помнится, за всю историю не много было. На пальцах пересчитаешь".
Подхожу к афише поближе и ногтем пытаюсь подцепить ее кончик. Кто-то берет меня
под руку. Оборачиваюсь. Предо мною милиционер в полушубке.
-- Прошу вас, гражданин, следовать за мной.
Послушно следую. Выходим на Невский, останавливаемся у края тротуара.
Подъезжает патрульная милицейская машина. Распахивается задняя дверца. Из нее
вылезает другой милиционер. Поддерживая меня под локти, милиционеры помогают
мне забраться в машину.
Отделение милиции. За столом немолодой лейтенант с усталым лицом. Я сижу перед
ним на стуле. Рядом стоит мой милиционер в полушубке. Теперь я вижу, что он
очень молод. В его глазах есть что-то восточное.
-- Был задержан при совершении акта мелкого хулиганства, -- говорит он. --

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.