Случайный афоризм
Падение чересчур превознесенных писателей всегда совершается с необыкновенной быстротой. Уильям Мейкпис Теккерей
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1938 году скончался(-лась) Александр Иванович Куприн


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

проскальзываю у него над головой и лечу дальше, в бесконечность. "Зачем? --
думаю. -- Мне же нечего там делать, мне же совсем нечего делать в
бесконечности!" Оглядываюсь. Далеко-далеко позади в прямоугольнике окна все еще
маячит дурацкая черная фигура. Над ней по-прежнему висят жалкие занавески.
"Почему, -- думаю, -- почему, почему, почему не дает мне покоя это окно? Почему
меня сводит с ума этот безнадежно черный тип? Почему он с таким маниакальным
упорством уставился вдаль?"
Где-то в отдаленнейших областях галактики звонит телефон. Затем оттуда
доносится голос моей матушки.
-- Нет, к сожалению, не может. Он захворал. Не вчера, а сегодня. Не знаю, не
знаю. Вполне вероятно. Ну что вы, простуда, конечно! Хорошо, я скажу...
Кресло возвращается в комнату и опускается на свое место. Ухватившись за
подлокотники, с трудом подымаюсь и покачиваясь бреду в прихожую. Мама смотрит
на меня испуганно.
-- Тебе немедленно надо ложиться! Ты ужасно выглядишь!
В трубке голос Знобишина.
-- Я, брат, едва не спятил. Объясни, ради бога. Откуда лошадь? Откуда колымага?
И кто была эта... в каракуле? Мне померещилось... Или я просто... А ты, я
вижу... В тихом омуте...
-- Прости, Знобишин, -- говорю я, -- мне и впрямь как-то нехорошо, я и впрямь
вроде бы простудился. Коляска-то открытая была, а пальто у меня не зимнее,
демисезонное... Все собирался зимнее купить, да так вот и не купил почему-то. А
в коляске-то было прохладно, конечно. Верх был поднят, но что с него проку? Он
только от снега... или от дождя. Прости! После я тебе все объясню, все
растолкую. Тут, знаешь ли, такие дела...
Ложусь на тахту. Матушка набрасывает на меня халат. По-прежнему знобит. В
комнату входят какие-то люди. Их много. Их очень много. Почему их так много?
Почему они пришли? Что им от меня нужно? Я их не звал. Я их не приглашал. Они
пришли без приглашения.
Какая бесцеремонность! Бесцеремонность, доходящая до наглости! Удручающая,
непростительная бесцеремонность!
Люди рассаживаются на стульях, в креслах, на письменном столе, на подоконнике и
прямо на полу. Все они хихикают. Тихонько, но довольно противно хихикают. Над
кем, над чем, по какому поводу они хихикают? Они пришли ко мне, чтобы всласть и
безо всякого повода похихикать! Они набились в мою комнатенку, как сельди в
бочку, и в этой жуткой тесноте они непрерывно, без устали, безо всякой причины
по-идиотски хихикают! Среди них трактирщик Матвей Ковыряхин. Он сидит на столе
и болтает ногами. В его руках гитара с гигантским голубым бантом. Он сидит,
болтает ногами и щиплет струны. Осторожненько так, почти незаметно щиплет
струны. И гитара тоже похихикивает. От щекотки. Из глубин нашей звездной
системы до меня доносятся голоса. Два женских голоса. Первый постарше, кажется,
мамин: "Лежит. Температуры нет, но выглядит плохо. Я как увидела его, так прямо
испугалась -- бледный, глаза горят, губы посинели... Есть такой грипп --
бестемпературный. От него, говорят, иногда помирают". Второй помоложе, кажется,
Настин: "Да, да, это опасный грипп, опасный! Давали ему что-нибудь? Лучше всего
аспирин и чаю с малиной".
В комнату входит Настя. В ее голубых глазах голубая тревога, голубая-голубая
тревога. Я отбрасываю халат и сажусъ.
-- Прости, Настя! У меня так много народу. Какие-то странные люди. Я их не
звал. Честное слово! Пришли сами. Пришли и расселись, как дома. Сидят,
хихикают. Над чем они хихикают? Чего смешного? Не понимаю. Мне плакать хочется,
а они смеются. Даже зло берет. Но хорошо, что ты пришла. Вот этот человек с
гитарой -- трактирщик Ковыряхин. Играет, как сам сатана. Даже лучше. Трактир
называется "Голубой жираф". Хороший кофе, отличный коньяк и старинные
пластинки. Потом сходим. Это недалеко. Матвей Матвеич, познакомьтесь. Моя
невеста -- Анастасия. Я ее обожаю. А трактир, Настасья, симпатичнейший! Под
потолком жираф болтается. Действительно, голубой. Весь трактир голубой, как
твои глаза. Стены голубые, чайники голубые, граммофон голубой... Сыграйте нам
что-нибудь, дорогой Матвей Матвеич! Сыграйте нам что-нибудь синенькое!
Снова ложусь. Настя заботливо укрывает меня халатом. Из-за ее спины выглядывает

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.