Случайный афоризм
Писатель творит не своими сединами, а разумом. Мигель Сервантес де Сааведра
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

девицу не глядел.
Еще чуть подалее... Тут я увидел Ксению. Она спускалась по лестнице. На ней
было то же самое серое платье. На голове была надета черная шляпка с длинной,
опущенной на лицо вуалью. Стаскивая с рук перчатки, она прошла между столиков.
Я поднялся ей навстречу. Отбросив с лица вуаль, она села рядом со мною.
-- Я опоздала, но я не виновата. По Невскому проезжал шведский король, и
полиция задерживала все экипажи. От этих августейших гостей одно неудобство.
-- Шведский король? -- удивился я. Но тут же поправился: -- Ах, да! Я и забыл о
нем вовсе! Он ведь еще не уехал.
-- Говорят, скоро уедет, -- сказала Ксения, -- счастливого ему пути.
-- Что заказать? -- спросил я.
-- Закажите бутылку легкого вина и апельсинов.
Рядом с нами возник трактирщик.
-- Счастлив снова лицезреть вас, несравненнейшая Ксень Вдимна, в своей жалкой
харчевне-с! Счастлив видеть вас во здравии и благополучии! -- Выслушав заказ,
он удалился.
Она сидела, положив подбородок на сцепленные пальцы, и смотрела на меня
неподвижными, широко открытыми глазами. Смотрела точно так же, как тогда, на
крыльце. Только тогда, ночью, глаза были темными, а сейчас они были светлы.
-- Я повесила вашу картину в гостиной на самом видном месте. Все спрашивают:
"Что это? Кто автор?" А я отвечаю: "Догадайтесь!" Все, натурально,
заинтригованы. Все теряются в догадках. А вы слышали новость? В Москве
наводнение! По улицам плавают на лодках! Представляете? Все думали, что
наводнения -- это привилегия Питера, и вдруг -- в Москве! И ведь совсем еще
недавно случилось наводнение в Киеве! Странный какой-то год, тревожный. Не к
добру        все это.
Вернулся Ковыряхин с подносом. Налил нам в бокалы мозельского. Снова
удалился.
-- Знаете, вы мне сегодня приснились, -- продолжала Ксения. -- Будто стоим мы с
вами над красивой рекой с высокими зелеными берегами. Река неширокая, но видно,
что глубокая, -- отмелей нет, камыши у берегов не растут, и вода такая темная,
тихая. "Чего же вы хотите?" -- спрашиваю я вас. "Я хочу дойти до устья этой
реки и узнать, куда она впадает", -- отвечаете вы. "Так идите, -- говорю, --
кто же вам не велит? Ступайте к устью!" Вы сбегаете вниз по склону и идете
вдоль берега. Вы машете мне рукой и уходите все дальше и дальше. И вот вас уже
не видно, вас уже нет. "Зачем я его отпустила? -- думаю. -- Зачем я ему
разрешила?" Но вот вы уже возвращаетесь, вы все ближе и ближе. Вы снова машете
мне рукой. Вы подымаетесь по зеленому склону. Вы смеетесь. "Ну как, --
спрашиваю, -- добрались до устья?" -- "Нет, не добрался, -- отвечаете. -- Это
очень смешная речка. У нее нет устья, она никуда не впадает. И она никуда не
течет. Она неподвижна". -- "Так чего же вы теперь-то хотите?" -- спрашиваю. И
вы говорите: "Я хотел бы прожить остаток жизни на берегу этой речки, которая
никуда не течет и никуда не впадает. Я хотел бы бродить по ее берегам и
валяться в траве на этих зеленых склонах". Странный сон, не правда ли? И река
странная, хотя вроде бы и обыкновенная... И эти высокие зеленые берега... До
сих пор они стоят перед глазами. Сегодня здесь много народу, и меня могут
узнать. Вон тот студент с бородкой уже поглядывает в мою сторону. Подвиньтесь
чуть вправо и закройте меня плечом.
-- Вы боитесь публики, которая вас боготворит?
-- Да, боюсь. Ее любовь слишком велика. Это жадная, ненасытная, хищная,
беспощадная любовь. Публика истязает меня на концертах. Публика охотится за
мною на городских улицах. Публика преследует меня повсюду. Мне от нее не
убежать. Мне от нее не спрятаться. Ее восхищение безгранично. Ее восторг
безумен. О, как я мечтала когда-то о таком восторге!   И я его добилась. Я
победила публику, я ее покорила. Я упиваюсь ее восторгом и трепещу перед ним.
Временами он поистине страшен. Иногда мне кажется: еще чуть-чуть -- и публика
растерзает меня, разорвет в клочки, и, захлебываясь, будет лакать мою кровь, и,
урча, будет пожирать куски моей плоти. Но все же я не смогла бы жить без моей
публики. Она мне необходима. Я тоже хищница, и публика тоже жертва, моя жертва.
Я тоже ее мучаю, довожу ее до исступления, до умопомешательства. Я из нее

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.