Случайный афоризм
Чтобы довести посещение библиотек до невероятных показателей, надо перенести туда с прилавков все самые подлые и глупые книги. (Елена Ермолова)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

вечер!
-- Увы, я кроткая, покладистая женщина. Они просят, они требуют, они
настаивают, они ненасытны. И я пою. Нехорошо отказываться, если настаивают. Не
по-христиански.
-- А ваш муж слушает вас на концертах?
-- Слушает. Иногда. Когда не играет в карты.
-- Он картежник?
-- Да, увлекается. Собственно, он мне уже не муж. Я с ним рассталась, хотя еще
и живу с ним в одном доме. Он надеется, что я вернусь. Ходит за мной по пятам,
умоляет, унижается, укоряет, угрожает. Но я не вернусь. Жаль, что он этого не
понимает.
-- Вы его разлюбили?
-- Разлюбила. А впрочем, наверное, и не любила никогда. Тогда казалось мне, что
любила. Он хороший, благородный, вполне достойный человек. Но не хватает ему
чего-то. Какого-то света в душе. На жизнь он глядит, как на плац для военных
учений. К тому же зверски ревнив. Никого не подпускал ко мне ни на шаг, ни на
два шага. Три раза из-за меня стрелялся. Слава богу, никого не убил. Только ухо
прострелил своему лучшему другу. Тот на балу слишком долго со мною танцевал, а
после слишком усердно целовал мне руку.
Перед нами на фоне зелени белела колоннада Храма Дружбы. Перед нами возвышался
прекрасный призрак давно погибшей Эллады.
Из-за колонн выбежали две юные нимфы. Складки хитонов струились по их телам.
Смеясь и подпрыгивая, они бежали по лужайке. Останавливались, нагибались,
срывали одуванчики. Смеясь и подпрыгивая, бежали дальше, пока не скрылись за
пригорком. Оттуда, из-за пригорка, еще слышался их беспечный смех.
-- Счастливые нимфы! -- сказала Ксения. -- Я им завидую.
-- Люблю павловский парк, -- сказал я. -- Здесь мне легко и спокойно, как после
смерти, как в Садах блаженных.
-- Но вы же еще не пробовали умереть, -- улыбнулась Ксения. -- Вдруг после
смерти вам станет тяжело и тревожно? Вдруг не понравятся вам Сады блаженных?
-- Все может быть. Но если обнаружится, что они хоть чуточку похожи на
павловский парк, я буду вполне удовлетворен. Однако стало прохладно. Не пора ли
нам вспомнить о пелерине?
-- Вы правы, уже нежарко, -- сказала Ксения, подставляя мне свою спину.
Я задержал руки на ее плечах. Она повернулась. Мы поцеловались.
Солнце уже спряталось за деревья. Птицы пели не умолкая. Над Славянкой повисла
тонкая пелена вечернего тумана. В небе над нами распласталось облако необычных
очертаний, похожее на того дракона, которого я видел недавно на китайской
вазе.
-- Какое диковинное облако! -- произнесла Ксения, подняв глаза к небу.
-- Да, странноватое облако, -- согласился я и привлек ее к себе. Мы еще раз
поцеловались. Пелерина распахнулась. Ксения прижалась ко мне. Я чувствовал ее
грудь под тонкой кофточкой, ее колени под суконной юбкой.
Из-за пригорка выбежали знакомые нимфы. Они направлялись прямехонько к нам. В
руках они держали венки из одуванчиков. Ксения легонько от меня отстранилась.
Нимфы приблизились. Одна из них возложила золотой венок на волосы моей
возлюбленной (теперь я уже знал, что это она, теперь уже не было в этом
сомнений). А другая надела венок на мою голову. Так, с венками на головах, мы и
пошли обратно, к вокзалу.
На перроне было еще многолюдно. Я поглядел на часы -- половина одиннадцатого.
Что это они до сих пор не уехали? Что они здесь околачиваются в столь поздний
час?
Едва мы поднялись на перрон, на нас стали оглядываться, за нашими спинами стали
шушукаться. Стоявшие вдалеке стали подходить поближе.
-- Плохи наши дела! -- прошептала Ксения. -- Теперь они нас живыми не отпустят.
Они ждали. Они знали, что мы вернемся. И полиции уже нет. О господи!
Перед нами появилась девица, та самая, которая стояла рядом со мною в толпе.
Молитвенно сложив ладони, она не мигая глядела на Ксению круглыми сумасшедшими
глазами.
-- Умоляю вас! -- простонала она. -- Умоляю, умоляю, умоляю вас! Позвольте мне

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.