Случайный афоризм
Стихи никогда не доказывали ничего другого, кроме большего или меньшего таланта их сочинителя. Федор Иванович Тютчев
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

опять пушечная пальба, и опять звон сабель, и опять звон бокалов.
-- Давайте я покажу вам чердак! -- предлагает Ниночка.
Подымаемся по неширокой каменной лестнице, открываем толстую, обитую большими
гвоздями дверь и оказываемся в огромном полутемном зале. Высокие кирпичные
арки. Контрфорсы. Мощные, почерневшие от времени деревянные балки. Золотистая
пыль в узком оранжевом солнечном луче.
-- Эффектно! -- говорю я. -- Похоже на Пиранези.
-- Пошли дальше! -- говорит Ниночка.
Возвращаемся на лестницу и подымаемся по ней еще выше. Выходим на широкую
площадку, посреди которой возвышается причудливое металлическое сооружение,
состоящее из гигантских зубчатых колес, каких-то рычагов, втулок и крюков. С
колес свисают толстые цепи, а наверху, над колесами, висят колокола, большие и
маленькие.
-- Это башенные часы! -- объявляет Ниночка. -- Их бой разносится над всем
городом!
"Вот оно, время! -- думаю я. -- Вот оно какое жуткое! Вот эти самые колеса, эти
зубья и перемалывают нас! Вот они-то и перетирают все на свете в мелкий
порошок, в пыль, в ничто!"
Самое большое колесо рывком поворачивается. Сдвигаются с места и колеса
поменьше. Что-то громко звякает. Что-то обо что-то стукается. Что-то скрипит и
скрежещет. И вдруг над самым моим ухом оглушительно ударяет колокол, ударяет
всего один раз и умолкает. Помещение до отказа наполняется звуком. Пол
мелко-мелко дрожит, и колеса тихо гудят, вторя колокольному звону.
-- Четверть седьмого! -- провозглашает А., взглянув на свои ручные часы.
-- Восемнадцатое июня! -- добавляю я.
-- Тысяча девятьсот восемьдесят третьего года! -- продолжает Ниночка.
-- Новой эры! -- заключает А.
Подхожу к небольшому окошку. Предо мною река, мосты, купола, шпили и крыши,
крыши, крыши до самого горизонта. По мостам ползут машины и трамваи. По реке в
разные стороны плывут буксиры с баржами и речные катера. Город!
Здесь, в вышине, грозное, зубчатое, металлическое, неумолимое и необоримое
время царит над городом. Через каждые пятнадцать минут колокола напоминают
городу о власти времени, о его немыслимом могуществе.
Спускаемся. Никто не произносит ни слова.
-- Ох уж это время! -- говорит наконец А., нарушая молчание. -- О нем ходят
легенды. О нем сочиняют небылицы. Его воспевают. Им ужасаются. Его жаждут
понять. О нем пытаются позабыть. Некоторые утверждают, что его и нет вовсе, что
это фикция, самообман, смешное, но опасное заблуждение. Кто-то выдумал его.
Выдумка понравилась, и пошло: время! время! проклятое время! прекрасное время!
у нас так мало времени! о, мы живем в такие времена! пользуйтесь
полуфабрикатами -- экономьте время! как безрассудно мы тратим свое время! не
спорьте со временем! не заботьтесь о времени! не пеняйте на время! времени не
вернешь! время не остановишь! не отставайте от времени! ваше время уже прошло!
делу время -- потехе час! а времечко-то бежит! -- и так далее, и тому подобное.
А другие твердят, что только время и существует, а фикция -- все остальное, и
всем остальным можно безнаказанно пренебречь. Одни верят, что время -- это
лента, у которой нет ни начала, ни конца. А другие убеждены, что время -- это
кольцо, это бублик с дырой посередке, и тот, кто проваливается в эту дырку, тот
и бессмертен. Одни полагают, что время -- это слоистый пирог с разнообразнейшей
начинкой: первый слой -- мясо, второй -- капуста, третий -- грибы, четвертый --
варенье, и тут кому как повезет -- кто всю жизнь сидит в грибах, а кто весь
свой век давится капустой. Другие же совершенно уверены в том, что время -- это
гигантская куча песка: каждая песчинка -- человеческая жизнь, у каждого
смертного свое личное время, а общее время не стоит и искать -- бессмысленное
занятие. Но послушай! -- шепчет мне А. -- Тебе же придется делать ей дорогие
подарки! Где ты возьмешь деньги?
Я уже открываю рот, чтобы рассказать романтическую и почти детективную историю
о бесценной булавке, но почему-то все же ее не рассказываю, воздерживаюсь.
-- Она не дура, -- шепчу я. -- Она понимает, что я бедный стихотворец, что я не
люблю и не умею добывать деньги, что богатый поэт -- это нонсенс и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.