Случайный афоризм
Большинство писателей считают правду наиболее ценным своим достоянием - вот почему они так экономно ею пользуются. Марк Твен
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

как блестела влажная галька, как пузырилась стекавшая по гальке вода. Ксения
нагнулась, подобрала камушек и бросила его в меня. Он ударился о мое колено.
-- Ишь какой важный! -- сказала она. -- Сидит, молчит, наблюдает! Разулся бы
лучше и поиграл вместе со мною!
В этот момент огромная волна обрушилась на пляж и окатила ноги Ксении выше
колен. Она с визгом кинулась ко мне и шлепнулась рядом со мною на камень.
Мокрый подол прилип к ее ногам, по ступням струилась вода.
-- Доигралась! -- сказал я смеясь. -- Теперь ты выглядишь чудесно!
-- Подумаешь! -- сказала Ксения, отжимая подол руками. -- Платье быстренько
высохнет. Зато я насладилась игрой с грозной морской стихией. А что толку, что
ты сухой?
Тут она спихнула меня с камня и с хохотом повалила на гальку. Я притянул ее к
себе. Соленые брызги долетали до нас. Любопытные чайки кружились над нами.
-- Ты с ума сошел! -- шепнула Ксения, крепко сжав мою руку. -- С обрыва нас
могут увидеть!
Она села и принялась поправлять волосы. Я тоже сел. Рядом с нами валялись
помятая шляпа и туфли, а зонтика не было.
-- Ну вот, -- вздохнула Ксения, -- мы наказаны за наше бесстыдство. Пока мы
обнимались, ветер унес зонтик в море. Следовало вести себя приличнее.
Я встал и полез на камни искать зонтик. Он быстро нашелся. Слава богу, ветер не
унес его в море. Ветер спрятал его среди камней.
-- Поехали дальше, -- сказал я, вернувшись с зонтиком. -- Платье высохнет, пока
едем.
Долго-долго подымались по страшной лестнице.  И опять Ксения вскрикивала и
прижималась ко мне, и говорила: "Ой, упаду! Ой, ужас какой! Ой, держи меня! Ой,
не могу я больше!"
Извозчик, заскучавший от безделья, хлестнул лошадь, и мы поехали скорой рысью.
За нами клубилась пыль.
Слева из-за поворота показалась торчащая из моря острая скала, на верхушке
которой стоял маленький сказочный замок с круглой башней.
-- Что это? -- удивилась Ксения. -- Я никогда не видела этой крепости. Ее
построили генуэзцы?
-- Нет, -- ответил я, -- ее построили наши соотечественники, и к тому же совсем
недавно. Эффектная затея, надо сказать.
В Мисхоре гуляли по парку. После сидели на скамейке под старым платаном. Под
вечер отправились в ресторан. Он был довольно паршивый и больше смахивал на
трактир средней руки. Однако он выглядел куда роскошнее, чем ковыряхинский
"чуланчик". Пели цыгане. Пели, в общем-то, плохо. Пытались плясать, но и это у
них не получалось. Мы совсем уж было собрались уходить, но конферансье объявил,
что сейчас выступит цыганка Глаша, которая исполнит романсы из репертуара
знаменитой Ксении Брянской.
-- Это забавно! -- сказала Ксения, и мы остались. 
Вышла стройная, красивая цыганка с длинными черными косами, вся в лентах,
серьгах, перстнях и монистах. Гитарист заиграл, она запела. Ксения внимательно
слушала, подперев щеку рукою. Слушала и улыбалась.
У Глаши был приятный голосок, и пела она с чувством. Но голосок нисколько не
был поставлен, чувства было чрезмерно много, а держалась она грубовато.
Получалась пародия на Ксению. Притом, было очевидно, что по наивности Глаша не
ведает, что творит.
Ксения перестала улыбаться и нахмурилась.
-- Пора домой! -- сказала она и встала из-за стола. 
Ехали молча. Коляска катилась по темному шоссе между темных деревьев. Кое-где
тускло горели фонари и светились окна домов. Издалека доносился гул прибоя.
-- Не расстраивайся! -- сказал я. -- Она же не нарочно. Просто у нее так
получается, лучше она не умеет.
-- Да, -- отозвалась Ксения, -- глупо на нее обижаться. Но я не без пользы ее
послушала. Поделом мне. 
Тут она всхлипнула.
-- Ну полно, полно! -- сказал я. -- Ты знаменитая певица. Все тебя любят, все
по тебе с ума сходят, все пред тобою преклоняются, а ты плачешь, как девчонка,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.