Случайный афоризм
Подлинно великие писатели - те, чья мысль проникает во все изгибы их стиля. Виктор Мари Гюго
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

...Ксения сейчас в Волгограде, то есть в Царицыне. Волга там широкая. И вообще,
там раздолье -- дали неоглядные. По Волге плавают теплоходы, проносятся
"метеоры". То есть "метеоров", конечно, нет, а вместо теплоходов -- пароходы,
старинные, колесные, неуклюжие, медлительные. Буксиры тянут баржи. Буксиры и
баржи тоже старинные. Словом, сплошная старина.
В купе духота, хотя окно и открыто. Вагон раскалился под солнцем. На лбу моем
пот, руки у меня потные, и весь я в противном, липком поту.
...Я ждал Ксению. Я ждал ее много лет и дождался. Она явилась. Она пришла
оттуда, из прошлого. Там утро века, а здесь его вечер. Она пришла ко мне
молодой, в расцвете красоты и славы. Она моложе меня на восемь лет и старше на
шестьдесят семь. Она в прабабки мне годится.
Из окна дует ветерок. К сожалению, он теплый. Но пахнет он неплохо -- степными
травами.
...Ксюша любит меня? Или ей только кажется, что она любит меня? Но если
действительно любит, может и разлюбить. Я же толком еще не знаю, какая она.
Быть может, она влюбчива -- быстро влюбляется и быстро охладевает? Быть может,
она вообще ветреница? Быть может, в Царицыне она уже завела шашни с
каким-нибудь миллионером, владельцем пароходной компании или мукомольных
фабрик? Что, если она разлюбит меня и я уже не смогу пробиться к ней, в
девятьсот восьмой?
Сиваш наконец кончается. За окном желтая сухая степь. Ее пересекает голубая
полоса асфальтированного шоссе. По шоссе едут машины, грузовые и легковые,
разных цветов.
...К черту машины! Ксюша предпочитает лошадей. К черту опасения! Не польстится
она на миллионера. К черту пессимизм! Она меня не разлюбит. Правда, она может
умереть. Одинцов не успокоится. Да мало ли что может с нею случиться. Нет, это
немыслимо! Но ведь она давно уже умерла и похоронена на С...ком кладбище. Нет,
это совершеннейшая нелепость! А если я умру раньше ее? Нет, я не должен ее
огорчать!
Колеса все стучат. За окном уже не безжизненная степь, а зеленые поля. Поезд
прибавил ходу. Поезду осточертела южная жара. Поезд движется на север,
прямехонько на север.

Дома меня ждет письмо из Царицына.

"Милый, с Божьей помощью я продолжаю свое турне.
Царицын смешной город. Он узкий и длинный, как змея. Волга так широка, что
другого берега и не видно почти. За мною вовсю ухаживает местный предводитель
дворянства, богатый степной помещик. Катал меня по Волге в старинной ладье под
красным парусом и с цыганами. Упросил спеть. Цыгане мне подпевали. Получилось
очень недурно. Солнце садилось. Волга была тихая-тихая. И мой голос разносился
над Волгой. А после в мою честь был устроен сказочный пир. Осетры на столе были
громаднейшие, даже смотреть на них было боязно. Шампанское лилось рекой. Тут я
не пела, пели только цыгане. Начали с величания. Я даже прослезилась.
Ты меня ревнуешь? Поревнуй, поревнуй меня, милый. Это тебе полезно, это
отвлечет тебя от твоих юных поклонниц. Поревнуй меня немножечко.
Вчера перед концертом вспомнила, как мы ездили с тобою в Мисхор, и так
разволновалась, что плохо спела первые два романса. Но вовремя взяла себя в
руки, и публика, как всегда, бушевала.
Едва покинула я Астрахань, как там началась эпидемия холеры. Задержись я там
на недельку... Бог меня хранит, -- стало быть, я ему угодна, стало быть, он
мною доволен. Но жаль моих астраханских почитателей. За что им такое
несчастье?
Целую тебя нежно, но и страстно, натурально. Ни одна поклонница тебя так не
поцелует. Думай обо мне, обо мне, обо мне! Только обо мне!
Верная тебе, любящая тебя К."

Спрашиваю матушку, звонил ли кто. Сразу не отвечает, мнется, отводит глаза. "
Нет, -- говорит, -- никто не звонил".
Открываю ящик письменного стола, отыскиваю в нем Ксюшину булавку, беру ее

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.