Случайный афоризм
Пусть лучше меня освищут за хорошие стихи, чем наградят аплодисментами за плохие. Виктор Мари Гюго
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

И.Д.К. пришлось  почти бежать.  Они свернули  на Меа  Шеарим,
где, хотя  и было  много людей,  но,  во  всяком  случае,  не
больше, чем  бывает обычно  на праздник  Суккот, когда  вдоль
улицы стоят  столы с  "арба миним",  и  празднично  разодетые
слуги Бога придирчиво выбирают пальмовые ветви.
 - Здесь  я чувствую  себя лучше,-  заявил рав Дари, замедлив
темп.- Здесь все другое, даже воздух. Здесь можно дышать.
 Он остановился  посреди улицы  и повернулся  лицом к  И.Д.К.
Сказать, что  взгляд  его  пронизывал  насквозь,  значило  не
сказать  ничего.   И.Д.К.   ощутил   попросту,   что   исчез,
растворился  в   плотном,   наполненном   странным   запахом,
отдаленно похожим  на запах  стиранного белья, воздухе улицы.
Он понял неожиданно, что рав Дари вот уже почти два часа ищет
его, И.Д.К.,  и пока  нашел, исходил  весь  центр  города,  а
бросился он  искать И.Д.К.  потому, что  было ему откровение:
некий голос,  который он,  естественно, принял за голос Бога,
сказал: "Пойди,  отыщи Элиягу  Купревича, который  приходил к
тебе в  ешиву говорить  о Торе, и приведи его к себе домой, и
сделай для  него то,  что  должен  сделать  еврей  для  еврея
согласно Закому  Моему, и  это будет твоя мицва на пути в тот
новый мир, который я создаю".
 Так и  сказал Бог  - слово  в слово.  Йосеф оставил  жену  и
шестерых детей  в синагоге,  смиренно и  благостно слушающими
слова  рава   Шохата  о  смысле  и  цели  явления  Мессии,  и
отправился выполнять мицву, которая, конечно, дороже молитвы,
ибо молитва  исходит от  человека, возносясь  к Богу, а мицва
исходит от Всевышнего, указывая человеку путь очищения.
 У И.Д.К. голова шла кругом, потому что рассказанное Йосефом,
в общем,  выходило за  те пределы  разумного, которые  И.Д.К.
никогда не  переступал. За  глас Божий  этот верный его слуга
мог принять  и мысленную  команду - хотя бы самого И.Д.К. или
даже Мессии,-  в способности остальных принимать и передавать
мысленные  образы   И.Д.К.  с   некоторого   времени   сильно
сомневался. К  тому же,  будь эта  способность  действительно
повсеместной,   Йосеф,    для   которого   Создатель,   пусть
нематериальный,  существовал   более  реально,   нежели  даже
президент Эзер  Вейцман, слышал  бы десятки других голосов, и
реакция его была бы, безусловно, совершенно иной.
 И.Д.К. думал об этом, следуя за равом Дари, свернувшим с Меа
Шеарим в какой-то проулок, о существовании которого И.Д.К. не
подозревал.
 - Сюда,-  сказал Йосеф,  открывая ключом  массивную дверь  и
пропуская И.Д.К.  в темный  маленький холл,  где при  тусклом
уличном освещении,  проникавшем в  окна, можно  было  увидеть
книжные стеллажи  до потолка  и большой стол, на котором тоже
лежали книги  и почему-то  стоял огромный  чайник, литров  на
пять-шесть.
 Зажегся свет, на пороге соседней комнаты появилась женщина -
она была  в  косынке,  полностью  скрывавшей  волосы  (может,
вообще бритая,-  подумал И.Д.К.,-  у них ведь и так делают?),
длинном, до  пят, платье,  и с  этой показной  отчужденностью
резко контрастировала яркая, открытая улыбка.
 - Хана, моя жена,- сказал рав Дари.
 Последовал почти  неуловимый обмен  короткими жестами,  Хана
кивнула, и  буквально через  несколько секунд чайник на столе
был  заменен   современным,   электрическим,   избыток   книг
отправился  на   пол,  а   на  опустевшей,  будто  поле  боя,
поверхности явился  взору И.Д.К. немыслимой красоты сервиз из
трех  фаянсовых   чашек  с   блюдцами  и  сахарницы  в  форме
крепостной стены Старого Иерусалима.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.