Случайный афоризм
Графоман: человек, которого следовало бы научить читать, но не писать. Бауржан Тойшибеков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

улицах, устраивать похищения, ублажать свои маленькие грязные "я" - да, на
Земле таких много даже в высших  классах,  и  все  они  сходят  с  ума  от
собственной никчемности. Им все  равно,  какой  лозунг  избрать.  "Мир"  -
просто наиболее престижный.
     Хейм вернулся, взял бутылку, трясущимися руками налил себе в бокал.
     - Они хотят убрать меня с дороги, - повторил он про себя. - Убрать  с
дороги. Убрать с дороги, - повторял он про себя. - Хоть убей, но я не вижу
никакого выхода! - воскликнул он.
     - Как?
     - Лиза в руках фанатиков. Чтобы ни случилось, они не перестанут  меня
ненавидеть. И они все время будут опасаться, что  она  сможет  их  узнать.
Андре, помоги мне!
     - У нас еще есть время, - огрызнулся Вадаж. - И лучше провести его  с
пользой, чем закаты истерики.
     Хейм поставил бокал и постарался собраться с мыслями.
     - Прежде мне приходилось нести  ответственность  за  жизнь  людей,  -
подумал он, и в нем разом проснулись старые  рефлексы  командира.  -  Надо
сконструировать смелую теоретическую матрицу и выбрать курс с минимальными
негативными затратами.
     Его мозг заработал, словно компьютер.
     - Спасибо, Андре, - сказал он.
     - Может быть, насчет своих людей в полиции - это с их стороны  просто
блеф? - осведомился Вадаж.
     - Не знаю, но лучше не рисковать.
     - Тогда... мы  откладываем  экспедицию,  отказываемся  от  того,  что
говорили о Новой Европе, и ждем?
     - Возможно, это единственное, что нам  остается,  -  голова  у  Хейма
гудела. - Хотя я считаю, что это будет неверный шаг, даже если мы  сделаем
его ради спасения Лизы.
     - Что же остается? Нанести ответный удар?  Каким  образом?  А  может,
частные детективы смогли бы отыскать...
     - а где искать? По всей планете? О, можно, конечно попробовать, но...
Нет, пока у меня не возникла эта идея с капером, я словно  бы  сражался  с
туманом, и вот теперь я снова в тумане, и должен снова из него  выбраться.
Нужно что-то определенное - такое, о чем они не догадаются, пока не  будет
слишком поздно. Ты был прав нет  смысла  угрожать  Ио,  и  даже,  как  мне
кажется, обращаться к нему с просьбой. Единственное, что  имеет  для  него
значение  -  это  выбранный  ими  курс.  Если  мы  тоже  могли  бы   этого
придерживаться...
     Хейм вдруг взревел так, что задрожали стены, а Вадаж едва не был сбит
с ног, когда эта огромная туша пронеслась мимо него к телефону.
     - Вот дьявол, да в чем дело, Гуннар?
     Хейм отпер один ящик письменного стола и вытащил оттуда  свой  личный
телефонный  справочник.  Теперь  в  нем  среди  прочих   номеров   был   и
закодированный номер неофициального телефона Мишеля Кокелина. Ф (и о?  /о)
И 0930 Калифорнии - было сколько? 1730 - в Париже. Его  пальцы  нажали  на
кнопки.
     На экране появился конфиденциальный секретарь.
     - Бюро де... о, мистер Хейм!
     - Прошу вас,  соедините  меня,  пожалуйста,  с  министром,  -  сказал
по-французски Хейм.
     Несмотря на  обстоятельства,  Вадаж  поморщился,  услышав  варварское
произношение своего патрона, которое, по мнению  последнего,  было  весьма
сносным.
     Секретарь взглянул на его выражение лица, подавил вздох  и  нажал  на
кнопку. Его изображение тотчас сменили устарелые черты Кокелина.
     - Гуннар! Что такое? Новости о вашей дочери.
     Хейм рассказал ему об всем, лицо Кокелина стало пепельно-серым.
     - О, нет, - сказал он. - Это конец всему.
     - Угу, - отозвался Хейм. - Лично я вижу лишь один реальный выход. Моя

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.