Случайный афоризм
Не тот поэт, кто рифмы плесть умеет. Александр Сергеевич Пушкин
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1883 году скончался(-лась) Иван Сергеевич Тургенев


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

"стыковка" в смысловом строе после "речи" второго пилота все же  намети-
лась.
   - Можно найти общую ногу,-  быстро-быстро заговорил  первый  планетя-
нин,-  можно отыскать общий глаз, можно на каждом взмахе  качелей  жизни
стремиться к общему зубу, клюву, перу, крылу, наконец,  к  общей  чешуе.
Почему?.. Найти общий язык - все равно что петь песни под дождем или ри-
совать тем, что горело. Мы говорим красные и зеленые тона, и в этом  ис-
тина опыта. Там слышны терпкие касания, в этом качество  творчества.  Мы
осязаем легенды, и в этом терпение роста. Наши глаза зорки  к  теплу,  в
этом заметность прошлого. Но окоем гневен, и травы шествуют к умению,  и
витийство пророчествует сообразность; нам пора уходить. Да не уколет вас
мерцание звезд!
   Планетяне исчезли так же молниеносно, как и появились. Л вокруг меня,
ошеломленного, уничтоженного, сбитого с толку, все стало постепенно гас-
нуть. Затмились один за другим все мои странные и незнакомые прежде  то-
варищи по экспедиции, исчез бот, растаял  далекий  лес,  растворилась  в
темноте пустая прогалина, и наступил полнейший мрак, в котором вдруг не-
ожиданно вспыхнули кают-компания Корабля и отделенный от нее лишь  псев-
допереборкой центр управления. Я вернулся в свое время,  свое  место,  к
своим друзьям. У всех шестерых был пугающий подавленный вид. Но, судя по
выражениям лиц, по реакции - от истерического страха до эйфорической ра-
дости, они были подавлены не тем, с чем пришлось столкнуться мне. Чем-то
иным..."
   Каждый день я до исступления ломаю голову над этой фонной. Все чудит-
ся: разгадка - вот она, только ускользает, не дается в руки. Порой  при-
ходит мысль: а что, если сам "феномен" - то, в  чем закружились сознания
экипажа,-  подбрасывает ключик к собственной тайне, подсказывает - через
"видение" одной из жертв - слова "Сезам, откройся!", но произнесенные на
каком-то очень странном языке? Я хочу сказать, не зашифрован ли в словах
"планетян" некий секретный смысл, разгадав который  мы  смогли  бы  доб-
раться и до сути минутного умопомешательства экипажа, и до  сути  самого
вакуума, если, конечно, слово "суть" к нему применимо? То есть если все,
что приключилось с Кораблем в далеком космосе, связывать именно с ним.
   Каждый раз я отбрасываю эти мысли, полагаю их явным  бредом,  но  они
возвращаются ко мне с неизменным упорством. Параллельно же с ними зачас-
тую всплывает другая идея, более здоровая и трезвая, даже скорее отрезв-
ляющая. Не напоминает ли диалог команды бота с  обитателями  иного  мира
"беседу" человечества с природой?
   Мы задаем ей вопросы, наделенные вполне понятным НАМ смыслом, она от-
вечает на них ПО-СВОЕМУ, пользуясь СВОЕЙ логикой,  руководствуясь  СВОИМ
семантическим строем. Мы столбенеем и либо  изменяем  вопрос,  либо  изо
всех сил тщимся понять ответ. Если последнее нам удается, мы делаем  ко-
лоссальный шаг вперед и именуем его прогрессом в науке, если нет -  сва-
ливаем неудачу на опыт, обвиняя его в "нечистоте", или же на эксперимен-
таторов, ловя их на непоследовательности и торопливости.
   Во всяком случае, что бы ни стояло за "сном"  Борттехника,  я  всегда
слышу в нем по крайней мере одну - тихую и вкрадчивую ноту:  так  ли  уж
сильна она, логика нашего познания? Логика Вашего познания, доносится до
меня шепот Неведомого.
   На моем столе остается последняя непроигранная фонна - Помощника  Ко-
мандира. Однако желание выслушать и ее тоже пропадает. Я устал. Конечно,
я знаю ее чуть ли не наизусть, как знаю и остальные, обычно это не меша-
ет мне каждый вечер загружать проигрыватель  неизменной  программой.  Но
сегодня... Пусть программа остается незаконченной. Вот если бы мой изна-
чальный выбор такого на фонну Помощника, у меня, наверное,  до  сих  пор
звучали бы в ушах последние слова его: "Будь ты проклят, вакуум!"  Равно
как и его сетования на собственную ненужность в экспедиции: мол,  тради-
ционная мера безопасности, мол, никчемная фигура, мол, если бы да  кабы,
если с Командиром что-нибудь случится, тогда... И его леденящий  рассказ
о том, как перед возвращением на Землю он включил "контрольную" электро-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.