Случайный афоризм
Написать книгу - это всегда в некотором смысле уничтожить предыдущую. Поль Мишель Фуко
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Ура, дон Рэба! Слава королю  нашему!  Эх,  братья,  жизнь-то  какая  пошла
чудесная!.."
     А по темной  равнине  королевства  Арканарского,  озаряемой  заревами
пожаров и искрами лучин, по дорогам и  тропкам,  изъеденные  комарами,  со
сбитыми в кровь ногами, покрытые потом и пылью, измученные,  перепуганные,
убитые отчаянием, но твердые как сталь  в  своем  единственном  убеждении,
бегут, идут, бредут, обходя заставы,  сотни  несчастных,  объявленных  вне
закона за то, что они  умеют  и  хотят  лечить  и  учить  свой  изнуренный
болезнями и погрязший в невежестве народ; за то, что они,  подобно  богам,
создают из глины и камня вторую природу для украшения  жизни  не  знающего
красоты народа;  за  то,  что  они  проникают  в  тайны  природы,  надеясь
поставить эти тайны на  службу  своему  неумелому,  запуганному  старинной
чертовщиной народу... Беззащитные, добрые, непрактичные, далеко обогнавшие
свой век...
     Румата стянул перчатку и с размаху треснул ею жеребца между ушами.
     - Ну, мертвая! - сказал он по-русски.
     Была уже полночь, когда он въехал в лес.


     Теперь никто не может точно  сказать,  откуда  взялось  это  странное
название - Икающий лес.  Существовало  официальное  предание  о  том,  что
триста лет назад  железные  роты  имперского  маршала  Тоца,  впоследствии
первого  Арканарского   короля,   прорубались   через   сайву,   преследуя
отступающие орды меднокожих варваров, и здесь на привалах варили  из  коры
белых деревьев брагу, вызывающую  неудержимую  икоту.  Согласно  преданию,
маршал Тоц, обходя однажды утром лагерь, произнес, морща аристократический
нос: "Поистине, это невыносимо! Весь лес икает и провонял брагой!"  Отсюда
якобы и пошло странное название.
     Так или иначе, это был  не  совсем  обыкновенный  лес.  В  нем  росли
огромные деревья с твердыми белыми стволами, каких  не  сохранилось  нигде
больше в Империи - ни в герцогстве Ируканском, ни  тем  более  в  торговой
республике  Соан,  давно  уже  пустившей  все  свои   леса   на   корабли.
Рассказывали, что таких лесов много за Красным Северным хребтом  в  стране
варваров, но мало ли что рассказывают про страну варваров...
     Через лес проходила дорога, прорубленная века два назад.  Дорога  эта
вела к серебряным рудникам и по ленному праву принадлежала баронам  Пампа,
потомкам одного из сподвижников маршала Тоца. Ленное право  баронов  Пампа
обходилось  арканарским  королям  в  двенадцать  пудов   чистого   серебра
ежегодно, поэтому каждый очередной король,  вступив  на  престол,  собирал
армию и шел воевать замок Бау, где гнездились  бароны.  Стены  замка  были
крепки, бароны отважны, каждый поход обходился в тридцать пудов серебра, и
после  возвращения  разбитой  армии  короли  Арканарские  вновь  и   вновь
подтверждали ленное право баронов Пампа наряду с другими привилегиями, как
то: ковырять в носу за королевским столом, охотиться к западу от  Арканара
и называть принцев прямо по имени, без присовокупления титулов и званий.
     Икающий лес был полон темных тайн. Днем  по  дороге  на  юг  тянулись
обозы с обогащенной рудой, а ночью дорога  была  пуста,  потому  что  мало
находилось смельчаков ходить по ней при  свете  звезд.  Говорили,  что  по
ночам с Отца-дерева кричит птица Сиу, которую никто  не  видел  и  которую
видеть нельзя, поскольку это  не  простая  птица.  Говорили,  что  большие
мохнатые пауки прыгают с ветвей на шеи лошадям и  мигом  прогрызают  жилы,
захлебываясь кровью. Говорили, что по лесу бродит огромный  древний  зверь
Пэх, который покрыт чешуей, дает потомство раз в двенадцать лет и  волочит
за собой двенадцать хвостов, потеющих ядовитым потом. А кое-кто видел, как
среди бела дня дорогу пересекал,  бормоча  свои  жалобы,  голый  вепрь  Ы,
проклятый святым Микой, - свирепое животное,  неуязвимое  для  железа,  но
легко пробиваемое костью.
     Здесь можно было встретить и беглого раба со смоляным  клеймом  между
лопаток -  молчаливого  и  беспощадного,  как  мохнатый  паук-кровосос.  И
скрюченного в три погибели колдуна, собирающего  тайные  грибы  для  своих

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.