Случайный афоризм
Поэтами рождаются, ораторами становятся. Марк Туллий Цицерон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     А  незадолго  до  прибытия  Руматы   великолепно   законспирированный
друг-конфидент кайсанского тирана (Джереми Тафнат, специалист  по  истории
земельных реформ) вдруг ни с того ни с сего произвел дворцовый  переворот,
узурпировал власть, в течение двух месяцев пытался внедрить  Золотой  Век,
упорно не отвечая на яростные запросы  соседей  и  Земли,  заслужил  славу
сумасшедшего, счастливо избежал восьми покушений,  был,  наконец,  похищен
аварийной командой сотрудников Института и на подводной лодке  переправлен
на островную базу у Южного полюса...
     - Подумать только! - пробормотал Румата.  -  До  сих  пор  вся  Земля
воображает, что самыми сложными проблемами занимается нуль-физика...
     Дон Кондор поднял голову.
     - О, наконец-то! - сказал он негромко.
     Зацокали  копыта,  злобно  и  визгливо  заржал  хамахарский  жеребец,
послышалось энергичное проклятье с сильным ируканским акцентом.  В  дверях
появился дон Гуг, старший постельничий его светлости герцога  Ируканского,
толстый,  румяный,  с  лихо  вздернутыми  усами,  с  улыбкой  до  ушей,  с
маленькими веселыми глазками  под  буклями  каштанового  парика.  И  снова
Румата сделал движение броситься и обнять, потому что это же был Пашка, но
дон Гуг вдруг подобрался,  на  толстощекой  физиономии  появилась  сладкая
приторность, он слегка согнулся в поясе, прижал шляпу к  груди  и  вытянул
губы дудкой. Румата вскользь поглядел на Александра Васильевича. Александр
Васильевич исчез. На скамье сидел Генеральный судья  и  Хранитель  больших
печатей - раздвинув ноги, уперев левую руку в бок,  а  правой  держась  за
эфес золоченого меча.
     - Вы сильно опоздали, дон Гуг, - сказал он неприятным голосом.
     - Тысяча извинений! - вскричал дон Гуг, плавно приближаясь к столу. -
Клянусь рахитом моего герцога, совершенно  непредвиденные  обстоятельства!
Меня четырежды останавливал патруль его величества короля Арканарского,  и
я дважды дрался с  какими-то  хамами.  -  Он  изящно  поднял  левую  руку,
обмотанную окровавленной тряпкой. -  Кстати,  благородные  доны,  чей  это
вертолет позади избы?
     - Это мой вертолет, - сварливо  сказал  дон  Кондор.  -  У  меня  нет
времени для драк на дорогах.
     Дон Гуг приятно улыбнулся и, усевшись верхом на скамью, сказал:
     -  Итак,  благородные  доны,   мы   вынуждены   констатировать,   что
высокоученый  доктор  Будах  таинственным  образом  исчез   где-то   между
ируканской границей и Урочищем Тяжелых Мечей...
     Отец Кабани вдруг заворочался на своем ложе.
     - Дон Рэба, - густо сказал он, не просыпаясь.
     - Оставьте Будаха мне, - с отчаянием сказал Румата, -  и  попытайтесь
все-таки меня понять...



                                    2

     Румата вздрогнул и открыл глаза. Был уже день. Под  окнами  на  улице
скандалили. Кто-то, видимо военный, орал: "М-мэр-рзавец!  Ты  слижешь  эту
грязь языком! ("С добрым утром!" - подумал Румата.)  Ма-алчать!..  Клянусь
спиной святого Мики, ты выведешь меня из себя!"  Другой  голос,  грубый  и
хриплый, бубнил, что на этой улице надобно глядеть  под  ноги.  "Под  утро
дождичек прошел, а  мостили  ее  сами  знаете  когда..."  -  "Он  мне  еще
указывает, куда смотреть!.." - "Вы меня лучше отпустите, благородный  дон,
не держите за рубаху". - "Он  мне  еще  указывает!.."  Послышался  звонкий
треск. Видимо, это была уже вторая пощечина - первая разбудила Румату. "Вы
меня лучше не бейте, благородный дон..." - бубнили внизу.
     Знакомый голос, кто бы это мог быть? Кажется, дон Тамэо.  Надо  будет
сегодня проиграть ему хамахарскую  клячу  обратно.  Интересно,  научусь  я
когда-нибудь разбираться в лошадях? Правда, мы, Руматы  Эсторские,  спокон
веков не разбираемся в лошадях. Мы знатоки боевых верблюдов. Хорошо, что в

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.