Случайный афоризм
Почему поэты так часто воспевали луну? Не потому ли, что она озаряет жизнь мечтателей и влюбленных? Мигель де Унамуно
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Арканаре почти нет  верблюдов.  Румата  с  хрустом  потянулся,  нащупал  в
изголовье витой шелковый шнур  и  несколько  раз  дернул.  В  недрах  дома
зазвякали колокольчики. Мальчишка, конечно, глазеет  на  скандал,  подумал
Румата. Можно было бы встать и одеться самому, но это - лишние  слухи.  Он
прислушался к  брани  под  окнами.  До  чего  же  могучий  язык!  Энтропия
невероятная. Не зарубил бы его дон Тамэо... В последнее  время  в  гвардии
появились любители, которые объявили,  что  для  благородного  боя  у  них
только один меч, а другой они употребляют специально для уличной погони  -
ее-де  заботами  дона  Рэбы  что-то  слишком  много  развелось  в  славном
Арканаре. Впрочем, дон Тамэо не из таких. Трусоват наш  дон  Тамэо,  да  и
политик известный...
     Мерзко, когда день начинается с дона Тамэо...  Румата  сел,  обхватив
колени  под  роскошным  рваным  одеялом.  Появляется  ощущение   свинцовой
беспросветности, хочется пригорюниться и размышлять о том, как мы слабы  и
ничтожны перед  обстоятельствами...  На  Земле  это  нам  и  в  голову  не
приходит. Там мы здоровые,  уверенные  ребята,  прошедшие  психологическое
кондиционирование и готовые ко всему. У нас отличные нервы:  мы  умеем  не
отворачиваться, когда избивают и казнят. У нас  неслыханная  выдержка:  мы
способны  выдерживать  излияния   безнадежнейших   кретинов.   Мы   забыли
брезгливость, нас устраивает посуда, которую  по  обычаю  дают  вылизывать
собакам  и  затем  для  красоты  протирают  грязным  подолом.  Мы  великие
имперсонаторы,  даже  во  сне  мы  не  говорим  на  языках  Земли.  У  нас
безотказное оружие - базисная  теория  феодализма,  разработанная  в  тиши
кабинетов и лабораторий, на пыльных раскопах, в солидных дискуссиях...
     Жаль только, что дон Рэба понятия  не  имеет  об  этой  теории.  Жаль
только, что психологическая  подготовка  слезает  с  нас,  как  загар,  мы
бросаемся в крайности, мы вынуждены  заниматься  непрерывной  подзарядкой:
"Стисни зубы и помни, что ты замаскированный бог, что они не  ведают,  что
творят, и почти  никто  из  них  не  виноват,  и  потому  ты  должен  быть
терпеливым и терпимым..."  Оказывается,  что  колодцы  гуманизма  в  наших
душах, казавшиеся на земле  бездонными,  иссякают  с  пугающей  быстротой.
Святой Мика, мы же были настоящими гуманистами там, на Земле, гуманизм был
скелетом нашей натуры, в преклонении перед  Человеком,  в  нашей  любви  к
Человеку мы докатывались до антропоцентризма, а здесь вдруг с ужасом ловим
себя на мысли, что любили не  Человека,  а  только  коммунара,  землянина,
равного нам... Мы все чаще ловим себя на мысли: "Да полно,  люди  ли  это?
Неужели они способны стать людьми,  хотя  бы  со  временем?"  и  тогда  мы
вспоминаем о таких, как Кира, Будах, Арата Горбатый, о великолепном бароне
Пампа, и нам становиться стыдно, а это тоже непривычно и неприятно и,  что
самое главное, не помогает...
     Не надо об этом, подумал Румата. Только не утром. Провалился бы  этот
дон Тамэо!... Накопилось в душе кислятины, и некуда ее выплеснуть в  таком
одиночестве. Вот именно, в одиночестве! Мы-то, здоровые, уверенные, думали
ли мы, что окажемся здесь в одиночестве? Да ведь никто не поверит!  Антон,
дружище,  что  это  ты?  На  запад  от  тебя,  три  часа  лету,  Александр
Васильевич, добряк, умница, на востоке - Пашка, семь лет за одной  партой,
верный веселый друг. Ты просто раскис, Тошка. Жаль, конечно, мы думали, ты
крепче, но с кем не бывает? Работа адова, понимаем. Возвращайся-ка  ты  на
Землю, отдохни, подзаймись теорией, а там видно будет...
     А Александр Васильевич,  между  прочим,  чистой  воды  догматик.  Раз
базисная теория не предусматривает серых ("Я, голубчик, за пятнадцать  лет
работы таких отклонений от теории что-то не  замечал..."),  значит,  серые
мне мерещатся. Раз мерещатся, значит, у  меня  сдали  нервы  и  меня  надо
отправить на отдых. "Ну, хорошо, я обещаю, я посмотрю сам  и  сообщу  свое
мнение. Но пока, дон Румата, прошу вас,  никаких  эксцессов..."  А  Павел,
друг детства, эрудит, видите ли, знаток,  кладезь  информации...  пустился
напропалую по историям двух планет и легко  доказал,  что  серое  движение
есть всего-навсего заурядное выступление горожан против баронов. "Впрочем,
на днях заеду к тебе, посмотрю.  Честно  говоря,  мне  как-то  неловко  за
Будаха..." И на том спасибо! И хватит! Займусь Будахом, раз больше  ни  на

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.