Случайный афоризм
Даже лучшие писатели говорят слишком много. Люк де Клапье Вовенарг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

таинственном любви", решил, что посылать их сейчас на  пост,  пожалуй,  не
стоит. Пусть пока так полежат.
     Румата  проиграл  лейтенанту  золотой  и  поговорил  с  ним  о  новых
форменных перевязях и о способах заточки мечей. Он заметил  между  прочим,
что собирается зайти к дону Сатарине, у  которого  есть  оружие  старинной
заточки, и был очень огорчен, узнав, что почтенный  вельможа  окончательно
спятил: еще месяц назад выпустил своих  пленников,  распустил  дружину,  а
богатейший пыточный арсенал безвозмездно передал  в  казну.  Стодвухлетний
старец заявил, что остаток жизни намеревается посвятить  добрым  делам,  и
теперь, наверное долго не протянет.
     Попрощавшись с лейтенантом, Румата вышел из  дворца  и  направился  в
порт. Он шел, огибая лужи и перепрыгивая через рытвины,  полные  зацветшей
водой, бесцеремонно  расталкивая  зазевавшихся  простолюдинов,  подмигивая
девушкам, на которых внешность его производила,  по-видимому,  неотразимое
впечатление, раскланивался с дамами, которых несли в  портшезах,  дружески
здоровался со знакомыми дворянами и нарочито не замечал серых штурмовиков.
     Он сделал небольшой крюк, чтобы зайти в Патриотическую  школу.  Школа
эта была учреждена иждивением дона Рэбы два года назад для  подготовки  из
мелкопоместных и купеческих недорослей военных и административных  кадров.
Дом был каменный,  современной  постройки,  без  колонн  и  барельефов,  с
толстыми стенами, с узкими бойницеобразными окнами, с полукруглыми башнями
по сторонам  главного  входа.  В  случае  надобности  в  доме  можно  было
продержаться.
     По узким ступеням Румата поднялся на второй этаж и, звеня шпорами  по
камню, направился мимо классов к кабинету прокуратора  школы.  Из  классов
неслось жужжание голосов,  хоровые  выкрики.  "Кто  есть  король?  Светлое
величество. Кто есть министры? Верные, не  знающие  сомнений...",  "...  И
бог, наш создатель, сказал: "Прокляну". И проклял...", "... А ежели  рожок
дважды  протрубит,  рассыпаться  по  двое  как бы  цепью,  опустив  притом
пики...", "...Когда же пытуемый  впадает  в  беспамятство,  испытание,  не
увлекаясь, прекратить..."
     Школа, думал Румата. Гнездо мудрости. Опора культуры...
     Он, не стучась, толкнул низкую сводчатую дверь  и  вошел  в  кабинет,
темный и ледяной, как погреб. Навстречу из-за огромного стола, заваленного
бумагой и тростями для  наказаний,  выскочил  длинный  угловатый  человек,
лысый,  с  провалившимися  глазами,  затянутый  в  узкий  серый  мундир  с
нашивками министерства охраны короны. Это и был прокуратор  Патриотической
школы высокоученый отец Кин - садист-убийца, постригшийся в монахи,  автор
"Трактата о доносе", обратившего на себя внимание дона Рэбы.
     Небрежно кивнув в ответ  на  витиеватое  приветствие,  Румата  сел  в
кресло и положил ногу на ногу. Отец Кин остался стоять, согнувшись в  позе
почтительного внимания.
     - Ну, как дела? - спросил  Румата  благосклонно.  -  Одних  грамотеев
режем, других учим?
     Отец Кин осклабился.
     - Грамотей не есть враг короля, -  сказал  он.  -  Враг  короля  есть
грамотей-мечтатель,  грамотей  усомнившийся,  грамотей  неверящий!  Мы  же
здесь...
     - Ладно, ладно, - сказал Румата. - Верю.  Что  пописываешь?  Читал  я
твой трактат - полезная  книга,  но  глупая.  Как  же  это  ты?  Нехорошо.
Прокуратор!..
     - Не умом поразить тщился, -  с  достоинством  ответил  отец  Кин.  -
Единственно, чего добивался, успеть в государственной пользе. Умные нам не
надобны. Надобны верные. И мы...
     - Ладно, ладно, - сказал Румата. - Верю. Так  пишешь  что  новое  или
нет?
     - Собираюсь подать  на  рассмотрение  министру  рассуждение  о  новом
государстве, образцом коего полагаю Область Святого Ордена.
     - Это что же ты? - удивился Румата. - Всех нас в монахи хочешь?..
     Отец Кин стиснул руки и подался вперед.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.