Случайный афоризм
Настоящие писатели - совесть человечества. Людвиг Андреас Фейербах
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Нельзя, Пига, нельзя! Правильно! Все вы сейчас должны слушать  меня
затаив дыхание. Все вы разъедетесь отсюда и возьметесь за тяжкий  труд,  и
некому будет тогда посоветовать вам. Мой  старший  брат,  его  величество,
устами министра своего дона Рэбы обещал за  головы  некоторых  бежавших  и
скрывающихся ученых людей немалые деньги.  Мы  должны  доставить  ему  эти
головы и порадовать его, старика. А с  другой  стороны,  некоторые  ученые
люди хотят скрыться от гнева моего старшего брата и не пожалеют для  этого
своих средств. Во имя милосердия и чтобы  облегчить  душу  моего  старшего
брата от  бремени  лишних  злодейств,  мы  поможем  этим  людям.  Впрочем,
впоследствии, если его величеству понадобятся и эти головы, он их получит.
Дешево, совсем дешево...
     Вага замолчал и опустил голову. По щекам его вдруг потекли старческие
медленные слезы.
     - А ведь я старею, дети мои, -  сказал  он,  всхлипнув.  -  Руки  мои
дрожат, ноги подгибаются подо мною, и память начинает мне изменять.  Забыл
ведь, совсем забыл, что среди нас, в этой душной, тесной клетушке  томится
благородный дон, которому совершенно нет дела до наших грошовых  расчетов.
Уйду я.  Уйду  на  покой.  А  пока,  дети  мои,  давайте  извинимся  перед
благородным доном...
     Он встал и, кряхтя, согнулся в поклоне. Остальные тоже встали и  тоже
поклонились,  но  с  явной  нерешительностью  и  даже  с  испугом.  Румата
буквально слышал,  как  трещат  их  тупые,  примитивные  мозги  в  тщетном
стремлении угнаться за смыслом слов и поступков этого согбенного старичка.
     Дело было, конечно,  ясное:  разбойничек  пользовался  лишним  шансом
довести до сведения дона Рэбы, что ночная  армия  в  происходящем  погроме
намерена действовать вместе с  серыми.  Теперь  же,  когда  настало  время
давать конкретные указания, называть имена и сроки  операций,  присутствие
благородного дона становилось, мягко выражаясь,  обременительным,  и  ему,
благородному дону, предлагалось быстренько изложить свое дело и выметаться
вон. Темненький старичок. Страшненький. И почему он в городе? Вага терпеть
не может города.
     - Ты прав, почтенный Вага, - сказал Румата.  -  Мне  недосуг.  Однако
извиниться должен я, потому что беспокою тебя  по  совершенно  пустяковому
делу. - Он продолжал сидеть, и все слушали его стоя. - Случилось так,  что
мне нужна твоя консультация... Ты можешь сесть.
     Вага еще раз поклонился и сел.
     - Дело вот в чем, - продолжал Румата. - Три дня назад  я  должен  был
встретиться в Урочище Тяжелых Мечей со своим другом, благородным доном  из
Ирукана. Но мы не встретились. Он исчез.  Я  знаю  точно,  что  ируканскую
границу он пересек благополучно. Может быть, тебе известна его  дальнейшая
судьба?
     Вага  долго  не  отвечал.  Бандиты  сопели  и  вздыхали.  Потом  Вага
откашлялся.
     - Нет, благородный дон, - сказал он. - Нам ничего не известно о таком
деле.
     Румата сейчас же встал.
     - Благодарю тебя, почтенный, -  сказал  он.  Он  шагнул  на  середину
комнаты и положил на конторку мешочек с десятком золотых. - Оставляю  тебя
с просьбой: если тебе станет что-нибудь известно,  дай  мне  знать.  -  Он
прикоснулся к шляпе. - Прощай.
     Возле самой двери он остановился и небрежно сказал через плечо:
     - Ты тут говорил что-то об ученых людях. Мне пришла сейчас  в  голову
мысль. Я чувствую, трудами короля в Арканаре через  месяц  не  отыщешь  ни
одного порядочного книгочея. А я должен основать в метрополии университет,
потому что дал обет за излечение меня от черного мора.  Будь  добр,  когда
подналовишь книгочеев, извести сначала меня, а потом уже дона Рэбу.  Может
статься, я отберу себе парочку для университета.
     - Не дешево обойдется, - сладким голосом предупредил  Вага.  -  Товар
редкостный, не залеживается.
     - Честь дороже, - высокомерно сказал Румата и вышел.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.