Случайный афоризм
Признак строгого и сжатого стиля состоит в том, чтовы не можете выбросить ничего из произведения без вреда для него. Бенджамин Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

именно с этого. Если бог берется чистить нужник, пусть не  думает,  что  у
него будут чистые пальцы... Он ощутил дурноту при мысли  о  том,  что  ему
предстоит. Но это лучше, чем  убивать.  Лучше  грязь,  чем  кровь.  Он  на
цыпочках, чтобы не разбудить Киру, прошел в кабинет и переоделся. Повертел
в руках обруч с передатчиком, решительно сунул в ящик стола. Затем воткнул
в волосы за правым ухом белое перо - символ любви страстной, прицепил мечи
и накинул лучший плащ. Уже внизу, отодвигая засовы, подумал: а  ведь  если
узнает дон Рэба - конец доне Окане. Но было уже поздно возвращаться.



                                    4

     Гости уже собрались, но дона Окана  еще  не  выходила.  У  золоченого
столика с закусками картинно выпивали, выгибая спины и отставляя  поджарые
зады,  королевские  гвардейцы,  прославленные   дуэлями   и   сексуальными
похождениями. Возле камина хихикали худосочные дамочки на возрасте,  ничем
не примечательные и поэтому взятые доной Оканой в конфидентки. Они  сидели
рядышком на низких кушетках, а перед  ними  хлопотали  трое  старичков  на
тонких, непрерывно двигающихся ногах - знаменитые щеголи  времен  прошлого
регентства, последние знатоки давно забытых анекдотов. Все знали, что  без
этих старичков салон не салон. Посередине зала  стоял,  расставив  ноги  в
ботфортах, дон Рипат, верный и неглупый агент Руматы, лейтенант серой роты
галантерейщиков,  с  великолепными  усами  и  без  каких  бы  то  ни  было
принципов. Засунув большие красные руки за кожаный пояс,  он  слушал  дона
Тамэо,  путано  излагавшего  новый  проект  ущемления  мужиков  в   пользу
торгового сословия, и время от времени поводил усом в сторону  дона  Сэра,
который бродил от стены к стене, видимо, в поисках двери. В  углу,  бросая
по  сторонам  предупредительные  взгляды,  доедали  тушенного  с  черемшой
крокодила двое знаменитых художников-портретистов, а рядом с ними сидела в
оконной нише пожилая женщина в черном - нянька, приставленная доном  Рэбой
к доне Окане. Она строго смотрела перед собой неподвижным взглядом, иногда
неожиданно ныряя всем телом вперед. В стороне  от  остальных  развлекались
картами особа королевской крови и секретарь  соанского  посольства.  Особа
передергивала,  секретарь  терпеливо  улыбался.   В   гостиной   это   был
единственный человек, занятый делом: он собирал  материал  для  очередного
посольского донесения.
     Гвардейцы у столика приветствовали Румату бодрыми возгласами.  Румата
дружески  подмигнул  им  и  произвел  обход  гостей.  Он  раскланялся   со
старичками-щеголями, отпустил несколько комплиментов конфиденткам, которые
немедленно уставились на  белое  перо  у  него  за  ухом,  потрепал  особу
королевской крови по жирной спине и направился к дону Рипату и дону Тамэо.
Когда он  проходил  мимо  оконной  ниши,  нянька  снова  сделала  падающее
движение, и от нее пахнуло густым винным перегаром.
     При виде Руматы дон Рипат  выпростал  руки  из-под  ремня  и  щелкнул
каблуками, а дон Тамэо вскричал вполголоса:
     - Вы ли это, мой друг? Как хорошо,  что  вы  пришли,  я  уже  потерял
надежду... "Как лебедь с подбитым крылом взывает тоскливо к  звезде..."  Я
так скучал... Если бы не милейший дон Рипат, я бы умер с тоски!
     Чувствовалось,  что  дон  Тамэо  протрезвился  было   к   обеду,   но
остановиться так и не смог.
     - Вот как? - удивился Румата. - Мы цитируем мятежника Цурэна?
     Дон Рипат сразу подобрался и хищно посмотрел на дона Тамэо.
     - Э-э...  -  произнес  дон  Тамэо,  потерявшись.  -  Цурэна?  Почему,
собственно?.. Ну да, я в ироническом смысле, уверяю вас, благородные доны!
Ведь что есть  Цурэн?  Низкий,  неблагодарный  демагог.  И  я  хотел  лишь
подчеркнуть...
     - Что доны Оканы здесь нет, - подхватил Румата, - и вы заскучали  без
нее.
     - Именно это я и хотел подчеркнуть.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.