Случайный афоризм
Писать - значит предоставлять другим заботу о завершенности твоего слова. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

не знали, что  в  этом  мире  страшных  призраков  прошлого  они  являются
единственной реальностью будущего, что они - фермент, витамин в  организме
общества. Уничтожьте этот витамин, и общество загниет, начнется социальная
цинга, ослабеют мышцы, глаза потеряют зоркость,  вывалятся  зубы.  Никакое
государство не может развиваться без науки -  его  уничтожат  соседи.  Без
искусств и общей культуры государство теряет  способность  к  самокритике,
принимается поощрять ошибочные тенденции, начинает  ежесекундно  порождать
лицемеров  и   подонков,   развивает   в   гражданах   потребительство   и
самонадеянность и в  конце  концов  опять-таки  становится  жертвой  более
благоразумных  соседей.  Можно  сколько  угодно  преследовать   книгочеев,
запрещать науки, уничтожать  искусства,  но  рано  или  поздно  приходится
спохватываться и со скрежетом зубовым, но открывать дорогу всему, что  так
ненавистно властолюбивым тупицам и невеждам. И как бы ни презирали  знание
эти серые люди, стоящие у власти,  они  ничего  не  могут  сделать  против
исторической  объективности,  они  могут  только   притормозить,   но   не
остановить. Презирая и боясь знания, они  все-таки  неизбежно  приходят  к
поощрению его для того, чтобы удержаться. Рано или  поздно  им  приходится
разрешать  университеты,  научные  общества,  создавать  исследовательские
центры, обсерватории, лаборатории, создавать кадры людей мысли  и  знания,
людей, им уже неподконтрольных, людей с  совершенно  иной  психологией,  с
совершенно иными потребностями, а эти люди не  могут  существовать  и  тем
более функционировать в прежней атмосфере низкого  корыстолюбия,  кухонных
интересов, тупого самодовольства и сугубо плотских потребностей. Им  нужна
новая  атмосфера  -  атмосфера  всеобщего   и   всеобъемлющего   познания,
пронизанная  творческим  напряжением,  им   нужны   писатели,   художники,
композиторы, и серые люди, стоящие у  власти,  вынуждены  идти  и  на  эту
уступку. Тот, кто упрямится, будет  сметен  более  хитрыми  соперниками  в
борьбе  за  власть,  но  тот,  кто  делает  эту   уступку,   неизбежно   и
парадоксально, против своей воли роет тем самым себе могилу. Ибо смертелен
для невежественных эгоистов и  фанатиков  рост  культуры  народа  во  всем
диапазоне - от естественнонаучных исследований до способности  восхищаться
большой  музыкой...  А  затем   приходит   эпоха   гигантских   социальных
потрясений, сопровождающихся невиданным ранее развитием науки и  связанным
с этим широчайшим  процессом  интеллектуализации  общества,  эпоха,  когда
серость дает последние бои,  по  жестокости  возвращающие  человечество  к
средневековью, в этих боях терпит поражение и уже в обществе, свободном от
классового угнетения, исчезает как реальная сила навсегда.
     Румата все смотрел на замерзший во мраке город. Где-то там, в вонючей
каморке, скорчившись на жалком ложе, горел в  лихорадке  изувеченный  отец
Тарра, а брат Нанин сидел  возле  него  за  колченогим  столиком,  пьяный,
веселый и злой, и заканчивал  свой  "Трактат  о  слухах",  с  наслаждением
маскируя казенными периодами яростную насмешку над  серой  жизнью.  Где-то
там слепо бродил в пустых роскошных апартаментах Гур Сочинитель, с  ужасом
ощущая, как, несмотря ни на что, из глубин его растерзанной,  растоптанной
души возникают под напором чего-то неведомого  и  прорываются  в  сознание
яркие миры, полные замечательных людей и потрясающих чувств. И где-то  там
неведомо как коротал ночь  надломленный,  поставленный  на  колени  доктор
Будах, затравленный, но живой... Братья мои, подумал  Румата.  Я  ваш,  мы
плоть от плоти вашей! С огромной силой он вдруг почувствовал, что  никакой
он не бог, ограждающий в ладонях светлячков  разума,  а  брат,  помогающий
брату, сын, спасающий отца. "Я убью дона Рэбу". - "За что?" - "Он  убивает
моих братьев". - "Он не ведает, что творит". - "Он убивает будущее". - "Он
не виноват, он сын своего века". - "То есть, он не знает, что он  виноват?
Но мало ли чего он не знает? Я, я знаю, что  он  виноват".  -  "А  что  ты
сделаешь с отцом Цупиком? Отец Цупик многое бы дал, чтобы кто-нибудь  убил
дона Рэбу. Молчишь? Многих придется убивать, не так ли?" - "Не знаю, может
быть и многих. Одного за другим. Всех, кто поднимет руку  на  будущее".  -
"Это уже было. Травили  ядом,  бросали  самодельные  бомбы.  И  ничего  не
менялось". - "Нет, менялось. Так создавалась стратегия революции". - "Тебе
не нужно создавать стратегию революции. Тебе ведь хочется просто убить". -

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.