Случайный афоризм
Мы думаем особенно напряженно в трудные минуты жизни, пишем же лишь тогда, когда нам больше нечего делать. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Я вынужден задать вам следующий вопрос, доктор. Рассматривалась  ли
вами возможность того, что Брэдиссоны умышленно  приняли  рвотный  корень,
чтобы симулировать отравление мышьяком?
     - Как любой другой ученый, я, пытаясь объяснить появление  симптомов,
рассматривал такую возможность.
     - Что-либо свидетельствует в поддержку моего предположения?
     - Ничего.
     - Такое объяснение логично?
     - Ничто не свидетельствует и против.
     - Вы полагаете, что кто-то пытался убить вас потому, что вам известна
эта информация?
     - Возможно.
     Они помолчали с минуту.
     - Я  должен  все  обдумать,  -  наконец  сказал  Мейсон.  -  А  пока,
расстелю-ка я спальный мешок.
     Адвокат  подошел  к  машине,   достал   спальные   мешки,   подключил
компрессор, наполнил воздухом надувные матрасы,  а  когда  поднял  голову,
увидел рядом Солти Бауэрса.
     - Вы отвели какое-нибудь специальное место  под  спальню?  -  спросил
Мейсон у старого старателя.
     -  У  нас  есть  палатка,  которую  девушки  могут  использовать  для
переодевания. Спать там они вряд ли захотят. Гораздо  приятнее  спать  под
звездами.
     - В таком случае я положу мешок мисс Стрит рядом с палаткой.  А  сами
вы где спите?
     - События последних дней не выходят  у  меня  из  головы,  -  понизив
голос, сказал Солти. - Я расположился чуть выше  по  дороге,  чтобы  иметь
возможность  заранее  заметить  непрошеных  гостей,  если  они   появятся,
конечно. Беритесь за этот край мешка, я возьмусь за тот,  и  мы  перенесем
его на место. Как раз закипит чай, пока мы этим занимаемся.
     Спальные мешки были, наконец, разложены, дорожные сумки  вынесены  из
машины, и все собрались вокруг костра. Солти бросил в огонь охапку полыни.
Пламя разгорелось мгновенно, прогнав подальше от  костра  подкрадывавшуюся
темноту.
     - Здесь и воздух совсем другой, - сказал Солти, разливая чай.
     - Определенно, - согласился Мейсон. - Сухой и чистый.
     - Несколько месяцев назад меня начал беспокоить хронический  насморк,
- заметил доктор Кенуорд. - Здесь же нос быстро  прочистился.  Я  настроен
весьма оптимистично.
     - Как ваша рана? - учтиво спросил Мейсон.
     -  Ничего  серьезного.  Опасаться  следует  только  осложнений,  надо
постараться подавить их в зародыше. Хотите верьте,  хотите  -  нет,  но  я
чертовски доволен. Отпуск хоть и вынужденный, но  весьма  своевременный  и
приятный.
     - Чем занимается Нелл Симс? - спросил Мейсон. - Она по-прежнему живет
в доме Кларка?
     - Конечно нет,  -  ответил  Солти.  -  Немедленно  уехала  в  Мохаве,
сказала, что собирается вновь открыть свой ресторан. Я полагаю, -  добавил
он несколько мечтательно, - пустыня всегда  возвращает  себе  то,  что  ей
принадлежит.
     - Здесь так чудесно, - сказала Делла.
     - Многие люди ненавидят пустыню, - попытался пояснить  Солти.  -  Они
поступают так только потому, что боятся ее. Каждый из них боится  остаться
наедине с самим собой. Многие сходят с ума, если  их  оставить  в  пустыне
всего на неделю. Я часто видел такое. Однажды, человек подвернул ногу и не
мог идти дальше. Его спутники, напротив, были вынуждены  продолжить  путь.
Они ушли, оставив тому человеку много воды,  еды  и  дров.  Ему  следовало
только посидеть на месте три-четыре дня, пока нога заживет и позволит идти
дальше. Человек вышел к обжитым местам наполовину сумасшедшим.  Нога  была
воспалена, но он заявил, что предпочел бы  потерять  ее,  чем  остаться  в

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.