Случайный афоризм
Падение чересчур превознесенных писателей всегда совершается с необыкновенной быстротой. Уильям Мейкпис Теккерей
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

плясали   недобрые  малиновые  искры.  Побоявшись  скатиться  с
обрыва, Сан Саныч ухватился за перекладину скамейки и сдавил ее
так, что побелели костяшки пальцев. Внезапно что-то до холодное
обжигающей струей потекло по его спине.
     Леденящая  струя  подействовала  отрезвляюще.  Мир   сразу
перестал  качаться,  кошмарный  дракон  улегся  на свое прежнее
место и снова принялся пить воду, слегка вздрагивая.  За  своей
спиной  Сан  Саныч обнаружил трехлетнего малыша. Он забрался на
скамеечку и не придумал ничего более  умного,  чем  вылить  Сан
Санычу  за  шиворот  ведерко  еще не прогревшейся озерной воды,
причем, как вскоре почувствовалось, в воде  были  и  песочек  и
камушки.  Сан  Саныч  мучительно  соображал, что же ему следует
делать: благодарить карапуза или отшлепать. С одной стороны, он
спас от кошмарного видения,  а  с  другой  -  вода  уже  успела
добраться до ботинок, и Сан Саныч ощущал себя сам подобно этому
малышу в определенной и не самой приятной ситуации. Однако если
для  малыша подобное состояние было делом обычным, то Сан Саныч
за последние  лет  тридцать  уже  успел  от  него  отвыкнуть  и
почему-то ощущал дискомфорт.
     - Есть  ли на свете детище хуже тебя, несносный мальчишка?
- раздался рядом  возмущенный  голос,  -  Ведь  только  вот  на
секундочку  отвернулась...  И  как это тебя угораздило? И когда
только ты успел так нагадить? Ну как тебе не стыдно.  Посмотри.
Посмотри, что ты с дяденькой сделал. Будь я на его месте...
     Что-то  до  боли знакомое и родное почудилось в интонациях
рассерженной  мамаши,  Сан  Саныч  повернулся   и   застыл   от
удивления.
     - Веня? Вероника, неужто это ты? - спросил он.
     На  него поднялись удивленные, такие же карие с золотистым
вкраплением, как у Карины, глаза,  такие  же  разметавшиеся  по
плечам  каштановые  волосы. Сан Санычу так нравилось, когда они
струились между пальцами, такой  же  упрямый  излом  бровей,  и
только сеточка морщинок прибавилась в уголках глаз.
     - Саша? - не сразу узнала Вероника. - Вот так встретились.
     Она смутилась. А Сан Саныч стоял и улыбался, глядя не нее.
Господи,  до  чего  же она похожа на сестру. Такие же маленькие
ладони чуть располневших рук, такой же округлый локоток и такой
же жест, отбрасывающий волосы  с  лица.  Как  странно,  он  все
помнил,  как  будто  это  было  вчера.  Помнил, словно когда-то
пытался вылепить Карину из гипса, чтобы  навечно  сохранить  ее
милый   образ.   И  сохранил,  а  казалось,  что  у  ничего  не
получилось.
     "Всевышний, наверное, свел нас," - подумал Сан Саныч.
     - Как странно, - сказала  Вероника,  -  именно  сегодня  я
думала о тебе, Карина спрашивает, не слышно ли чего.
     - Карина? Как она?
     - По-моему, ждет... может быть, и тебя...
     Солнце вывалилось из-за тучи, расплескав янтарное тепло, а
в душе  Сан Саныча в затянувшемся мучительном ожидании рассвета
блеснул  слабый  лучик  надежды,  той  самой  надежды,  которая
умирает  последней и которая способна творить чудеса, отводя от
края беды и помогая  найти  опору  в  этой  сумбурной  и  порой
невыносимо-тяжелой жизни.
     - Саш,  ты прости, - сказала Вероника, кивнув на карапуза,
- понять не могу, и как его угораздило.
     - Да ничего страшного, - сказал Сан  Саныч  и  тут  что-то
шевельнулось у него под рубашкой. - Слушай, а что у него было в
ведерке?
     Глаза Вероники округлились и она прошептала:
     - Раки.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.