Случайный афоризм
Высшая степень мастерства писателя в том, чтобы выразить мысль в образе. Оноре де Бальзак
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

взрослой жизни. Я должна думать  о  будущем,  и  есть  люди,  которые  его
гарантируют. Согласна, что это звучит  цинично  в  твоем  выдуманном  мире
белоснежных парусов и белых офицерских  перчаток,  но  увы,  возможно,  ты
теперь единственный обитатель своего мира. Прости и, если можешь, не  суди
строго. Впрочем, если тебе будет легче - назови меня меркантильной  дрянью
и успокойся. Позже ты меня поймешь. Надеюсь, с другой тебе повезет больше,
Целую тебя, мой верный рыцарь..."
     Ей, значит, тогда можно было так рассуждать,  а  теперь  она  же  его
осуждает за вопрос всего лишь.  Неужели  но  прошествии  времени  она  так
изменилась? Или, опять же, это он сам  так  ее  подкорректировал  в  своем
воображении?
     Допуская, что за его эмоциями пришельцы все же  следят,  он  распалял
себя такими мыслями, а на самом деле все прекрасно понимал.
     Она и вправду в нем разочарована. Оттого, что всю свою, наверное,  не
такую уж счастливую жизнь хранила в глубине памяти веру в него, Воронцова,
в его пусть несовременные,  для  других  и  для  нее  тоже,  романтические
представления  о  порядочности  и  чести.  В  те  самые  белые  офицерские
перчатки.
     Слабые люди - слабые, но не подлые - любят верить,  что  порядочность
все же существует. И, конечно,  увидеть,  что  и  его  сломала  неумолимая
логика жизни, ей неприятно. Как будто не она предала его  когда-то,  а  он
сейчас предает ее веру в него...
     Такой вот психологический этюд в желтых тонах.
     "Какою мерою мерите, такою и отмерится вам", - вспомнил он  слова  из
читанной ночью Библии. И успокаивающим жестом поднял руки ладонями вверх.
     - Ну ладно-ладно... О цене сговоримся. Верю тебе и им на слово. Что я
все-таки должен делать?
     - Поверь, Дим, я хочу тебе только добра. И вря ты злишься. Ты еще сам
не понимаешь, как тебе повезло. Тебя выбрали одного из миллиардов...
     - Ценю, Наташа, ценю. Все это ужасно ласкает  мое  самолюбие.  Я  так
нуждаюсь  в  признании.  Свои  не  ценят,  так  хоть   пришельцы   поняли.
По-хорошему, я давно уже  мог  и  начальником  пароходства  стать,  а  все
старпом. В капитаны самого малюсенького  кораблика  -  и  то  не  пускают.
Рылом-с, видать, не вышли...
     - Не обижайся, Дим. Не на что. Я тебя слишком хорошо знаю... Характер
у тебя не тот. А вот сейчас как  раз  он  и  пригодится.  Так  что  все  к
лучшему...
     - ...в этом лучшем из миров, - закончил он ее любимую поговорку.
     Ему вдруг трудно стало сохранять с ней взятый тон. С  некоторым  даже
удивлением вслушиваясь в себя, Воронцов все больше убеждался,  что  ничего
из прошлого не ушло и не забылось, и ее  глаза,  интонации,  тембр  голоса
имеют над ним такую же почти власть, как  и  прежде,  в  самые  счастливые
минуты их любви.
     И если б  не  было  всего  пережитого  -  тех  страшных  для  него  и
мучительных дней и месяцев, когда в своей тесной,  накаленной  тропическим
солнцем каюте он читал и перечитывал ее прощальное  письмо,  а  потом,  не
подавая вида, что с ним  творится,  должен  был  нести  службу,  шутить  и
смеяться чужим шуткам в кают-компании, вообще жить, хотя жить как  раз  не
очень хотелось, - сейчас ему не удалось бы  оставаться  внешне  спокойным,
ироничным, небрежно-самоуверенным.
     И как-то совсем не важно было, что перед ним сидела сейчас отнюдь  не
она сама, а лишь ее изображение.
     Наташа тоже почувствовала, что с ним происходит не совсем то, что  он
старается изобразить.
     - Дим, ты знаешь,  у  тебя  стали  теперь  совершенно  другие  глаза.
Суровые, злые даже, а все равно, если присмотреться, что-то в них осталось
прежнее...
     Воронцов вздохнул, сосчитал в уме до  пяти  Как  учили,  через  ноль.
Сказал тихо, без выражения:
     - Ладно. Давай лучше к делу. А про тебя и про меня ты  в  другой  раз

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.