Случайный афоризм
Богатство ассоциаций говорит о богатстве внутреннего мира писателя. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

убедилась, что перед ней все же изображение.
     А там,  в  кабинете,  заполненном  сумеречным  тоскливым  светом,  за
массивным письменным столом на резных  львиных  лапах,  в  черном  кожаном
кресле сидел человек и читал толстую книгу.  Лампа  под  зеленым  абажуром
освещала часть  стола  -  с  блестящим  кофейником,  граненой  хрустальной
пепельницей, над которой поднималась вверх тонкая  и  неподвижная  струйка
дыма, и лежащим чуть сбоку большим черным револьвером.
     Поза человека, наклон головы, подсвеченный лампой профиль  показались
ей знакомыми, и тут же она узнала его.  Конечно,  это  Дмитрий,  он  же  -
мичман Дим, как она звала его по созвучию с именем героя  романа  Конрада.
Они расстались совсем недавно, часа четыре назад, у двери ее квартиры,  но
как он странно изменился! Лицо покрыто красноватым густым загаром - вместо
ленинградской  весенней  бледности,  на  голове  не  курсантский  ежик,  а
довольно длинные, выгоревшие на солнце волосы. И другая одежда. Не  черная
форменка с якорьками на погонах, а оливковая рубашка непривычного  покроя.
Но дело даже не в этом. Она вдруг поняла, что этот Дмитрий гораздо старше,
лет, может быть, на десять, если не  больше.  Не  юноша,  а  довольно-таки
поживший мужчина.
     Он поднимает голову, смотрит на нее, и тоже узнает ее не сразу.
     "Постой... Наташа? Это ты, Наташа? - Он  слабо  как-то  и  растерянно
улыбается. - Откуда? Как давно я тебя не видел..." - "Почему же давно? Еще
сегодня ночью..." Он отрицательно качает головой: "Давно,  Наташа.  Я  уже
начал забывать твое лицо.  Да  и  ты,  надо  сказать,  изменилась,  совсем
красавицей стала..."
     И вот только теперь она просыпается по-настоящему. До  конца.  И  все
понимает. Что действительно прошло очень много лет, что  у  нее  уже  была
другая жизнь, в которой много разного случилось, но Дима в  той  жизни  не
было.
     И вспоминает еще одно, самое главное, от чего ей  наконец  становится
по-настоящему жутко...



     В  том,  что  Фритьоф  Нансен  был  прав  и   к   холоду   привыкнуть
действительно невозможно, Воронцов сумел наконец убедиться в полной мере.
     Вышло так, что после многих лет, проведенных  на  южных  линиях,  ему
целую навигацию пришлось работать "на северах", от Мурманска до  Певека  и
обратно.  Погода  все  время  стояла  мерзейшая,  устал  он  сильнее,  чем
когда-либо раньше, и когда наконец дождался отпуска,  решил  провести  его
градусов на тридцать ниже по сетке координат. А на тех широтах его  больше
всего  привлекал  Сухуми.  Тихий  город  на  зеленых   холмах,   счастливо
избегнувший опасности превратиться в  курортный  Вавилон,  как,  например,
соседний Сочи;  теплое  море  без  всяких  признаков  битого,  а  равно  и
сплоченного льда; много пальм и другой  субтропической  зелени,  спокойные
закаты над жемчужными волнами.
     Он приехал туда и понял, что не ошибся.
     Целыми днями Воронцов  валялся  на  разноцветном  галечном  пляже,  в
прозрачной перистой тени громадных эвкалиптов, перечитывал "Бросок на  юг"
Паустовского, где описаны эти же места в начале  двадцатых  годов.  Часто,
откладывая книгу, он глядел на город по ту сторону  бухты  и  представлял,
как все здесь выглядело  шестьдесят  лет  назад.  А  вечерами  выходил  на
набережную, ел на веранде над морем горячие,  похожие  формой  на  корабли
викингов хачапури, а потом  выпивал  много  крошечных  чашечек  густого  и
горького кофе, который раньше был "по-турецки", а теперь  -  по  каким-то,
очевидно, внешнеполитическим, соображениям -  стал  "по-восточному",  хотя
варил этот кофе все тот же, что и двадцать лет назад, старый турок Гриша.
     День, кажется, на пятнадцатый, начав уставать от монотонности жизни и
в поисках новых  впечатлений,  Воронцов  поддался  на  мегафонные  призывы
человека на пирсе и взял билет в Новый Афон.
     Там, на ступенях старинного храма, он неожиданно  встретил  знакомого

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.