Случайный афоризм
Односторонность в писателе доказывает односторонность ума, хотя, может быть, и глубокомысленного. Александр Сергеевич Пушкин
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

церемонились, невзирая на звания и заслуги, а уж со шпионами - безусловно.
     Правда, он с самого начала поинтересовался было, не  снабдят  ли  его
чем-нибудь этаким, из научно-фантастического реквизита:  антигравитатором,
защитным полем, невидимостью, на худой конец.
     Ответ, увы, был неблагоприятный.  Форзейли  могли  синтезировать  для
него что угодно, но в основном  следуя  образцам,  уже  существовавшим  на
Земле к текущему моменту. Инопланетную же технику  вообще  приспособить  к
человеческим  параметрам  и  к  использованию  за  пределами  Замка  якобы
практически невозможно. Отговорка не показалась Дмитрию убедительной, но и
спорить у него не было оснований.
     Несколько дней  он  добросовестно  изучал  исторические  документы  и
материалы, относящиеся к начальному периоду  войны,  и  наши  и  немецкие.
Читал  газеты,  журналы,  дневники   и   письма,   пересмотрел   километры
кинохроники и тысячи  фотографий,  чтобы  вжиться  в  обстановку,  усвоить
манеры поведения, стиль и обороты речи, даже способ мышления людей,  среди
которых придется жить и которых предстоит имитировать.
     Оказалось,  что  отличия  тут  были  гораздо  значительнее,  чем  ему
казалось раньше.
     Воронцов  заучивал  наизусть  сотни  фамилий  более-менее   известных
работников  наркомата  обороны  и  главного  политуправления,  командующих
фронтами и армиями, командиров корпусов и  дивизий,  комиссаров  и  членов
военных советов, популярных тогда писателей, журналистов, актеров театра и
кино, вспомнил или узнал впервые  названия  тогдашних  московских  улиц  и
площадей, уточнил маршруты и номера трамваев,  троллейбусов,  автобусов  и
метро.
     Он не допускал мысли, что ему и вправду придется  проходить  проверку
на столь глубоком уровне, но все же... В случайном разговоре при тогдашней
всеобщей шпиономании, которая называлась  бдительностью,  можно  допустить
оговорку всего лишь раз - и погореть.
     Только теперь, кстати, он с удивлением  задумался  -  а  как  же  мог
работать под немецкого офицера Николай Кузнецов? Допустим, язык он знал  в
совершенстве, но и  только.  Пятиминутного  разговора  с  любым  настоящим
немцем должно было хватить для полного провала. Что-то в  его  истории  не
так. Или немцев следует признать полными идиотами, или писатели и очевидцы
темнят...
     Разумеется,  для  Воронцова  изготовили  документы,  неотличимые   от
подлинных  даже  на  молекулярном  уровне,  одежду,  предметы  снаряжения,
орущие, спички и папиросы, бритвенные лезвия, мыло и одеколон, все  прочие
мелочи, необходимые человеку в  командировке  на  фронт.  Несколько  газет
трехдневной давности, отпечатанные именно в Москве, пара  бутылок  коньяка
со штампом ресторана гостиницы "Националь", блокнот со страницами,  плотно
исписанными адресами и телефонами. И так далее, и так далее...
     Главным же для него  самого  были  карты.  Комплект  крупномасштабных
топографических карт с нанесенной на них обстановкой, отражавшей положение
наших и немецких войск на неделю вперед, начиная с момента  перехода,  для
всех подразделений в полосе фронта от роты и выше.
     Ценность этих бледно раскрашенных листов бумаги с красными  и  синими
цифрами и условными знаками невозможно ни  выразить  словами,  ни  даже  в
полной мере вообразить штатскому человеку.  Командир,  получивший  в  руки
такую карту, сразу же окажется в положении зрячего, играющего в жмурки  со
слепыми. А цена ставок в этой игре известная - тысячи жизней ежечасно.
     Никто  никогда,  за  всю  историю  войн,  не  располагал  достоверной
информацией о положении на фронте на  текущий  момент.  Любая  информация,
даже о своих  войсках,  всегда  запаздывает.  А  о  силах  неприятеля,  их
дислокации, замыслах  вражеского  командования  полководец  обычно  узнает
слишком поздно. Часто - только после конца войны.
     Воронцов со своими картами должен был  стать  первым,  после  господа
бога, всеведущим лицом на театре военных  действий.  А  если  учесть,  что
существование бога нельзя считать доказанным, то и вообще первым.
     Последние три дня он носил форму  постоянно,  даже  спал  в  ней,  не

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.