Случайный афоризм
Признак строгого и сжатого стиля состоит в том, чтовы не можете выбросить ничего из произведения без вреда для него. Бенджамин Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

визитную карточку.
     И   только   сейчас,   прочитав    "Желтовский    Дмитрий    Юрьевич,
телерадиожурналист", я  как  бы  прозрел,  узнал  много  раз  виденное  на
телеэкране лицо Желтовского, я часто слышал  его  голос  по  радио,  читал
задористые репортажи в газетах, начинавшиеся  сенсацией,  кончавшиеся  для
кого-то скандалом, крахом.
     - Значит, тот самый Желтовский? - спросил я.
     - Тот самый, -  ответил  Желтовский.  -  А  вы  кто  "тот  самый"?  -
осведомился он нагловато.
     Я достал из портмоне свою визитную карточку.
     - Ага, фирмач, - прочитав,  Желтовский  затолкал  в  карман  визитную
карточку и только сейчас быстро, но цепко оглядел меня, заглянул в  глаза,
взгляды наши встретились, задержались.
     "Что-то высчитывал, - подумал я. - Такие все понимают... А  может  ты
мой коллега", - я внутренне усмехнулся.
     - Дмитрий Юрьевич, вас встречают? За мной придет машина из  офиса,  -
предложил я.
     - Меня должен встретить француз-коллега.
     - Не первый раз во Франции? - спросил я.
     - Забыл уже в который, - осклабился Желтовский.
     - А как с языком?
     - Говорю, читаю свободно, пишу с ошибками... Пардон, отлить  надо,  -
он встал и направился в туалет в конце самолета.
     Я оценивал: нагловат, самоуверен, хваток. А  вспомнив  его  интервью,
репортажи, комментарии по телевидению  и  в  прессе,  добавил:  популярен,
хлесток, циничен. Услышав басок  Желтовского,  я  оглянулся.  Он  стоял  в
проходе и весело беседовал с какой-то  пожилой  дамой,  подбрасывавшей  на
ладони нитку крупного жемчуга, свисавшую почти до живота.
     Я откинулся в кресле, прикрыл глаза, пощупал левую сторону груди, где
во внутреннем кармане лежал еще один паспорт на имя гражданина России.



                       3. НА ЗЕМЛЕ. МОСКВА. СЕГОДНЯ

     Пока Перфильев находился в зазеркалье своих воспоминаний, в  реальной
жизни он  же,  сорокадвухлетний  Павел  Александрович  Перфильев,  повязав
галстук, надел утепленную куртку из серой  плащевой  ткани,  спустился  по
лестнице вниз и вышел из подъезда. Привычно метнул  взгляд  через  дорогу,
вправо, влево, ни о чем при этом не думая, так - на ходу. Когда-то Лебяхин
сказал ему: "То образование, которое ты получил  в  специфическом  учебном
заведении, ты со временем забудешь.  Но  никогда  не  забудешь  вживленные
привычки. Они станут твоим инстинктом".
     - Куда едем, Павел Александрович? - спросил водитель, когда Перфильев
уселся.
     - На работу, - ответил.
     "Волга" мягко отошла от бордюра. Когда подъехали к  офису,  Перфильев
нахмурился: третий  день  у  входа  висела  разбитая  хулиганьем  вывеска:
"Научно-производственное объединение "Стиль-керамика". Россия-Франция".
     Перфильев вошел в приемную. Из-за стола не торопливо, но и не слишком
медленно, с достоинством поднялся  секретарь  -  высокий  ладно  скроенный
молодой человек.
     - Что с вывеской? Почему так долго? - спросил его Перфильев.
     - Задерживает художник, которому заказали макет, -  спокойно  ответил
секретарь.
     - Поторопите, пожалуйста. И вот что: если будет рисованная "золотом",
под  стеклом,  -  шпана  снова  разобьет.  Надо  из  какого-нибудь  нашего
композита, рельефное литье. Это надежно, если, конечно  по  ней  не  будут
лупить из автомата.
     - Будет сделано, - коротко ответил секретарь.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.