Случайный афоризм
Истина, образование и улучшение человечества должны быть главными целями писателя. Георг Кристоф Лихтенберг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

исторические прецеденты, от  Фашоды  до  Агадира.  В  собственно  российской
истории  примеров  злобного  коварства и "обидчивости" англичан тоже имелось
достаточно. Да вот хотя бы и Синоп...
     По всем этим причинам Шульгин и решил устроить Анне маленький праздник.
А то ведь кто его знает, даже ниндзя смертны,  а  в  грядущей  войне  шансов
поймать свою пулю или осколок снаряда будет предостаточно.
     Пока  он  нежился в волнах, а потом обсыхал под солнцем и легким теплым
бризом, Анна успела привести себя в порядок. Она шла по берегу, переодевшись
в голубенькие,  чуть  расклешенные  джинсы,  белую  рубашкуапаш  и  короткую
лайковую  курточку,  со  спортивной сумкой на плече. Ее вполне бы можно было
принять за обычную московскую студентку, на днях вернувшуюся  из  турпоездки
за  бугор  по путевке "Спутника". Неужели всего полгода назад это была худая
бледная барышня с настороженным  взглядом,  одетая  в  ужасное  грязно-серое
платье почти до пят и немыслимые шнурованные ботинки?
     ~  Я  готова,  мон  женераль.  Куда  мы  едем?  -- И как-то эдак повела
плечами, словно предлагая полюбоваться и оценить ее фигуру и наряд.
     -- Немного покатаемся по городу, ну а потом... Сюрприз.
     Пока Анна усаживалась на высокое пружинящее заднее  седло,  а  Шульгин,
упираясь  каблуками  в  песок,  поигрывал  манжеткой  газа, Ирина успела ему
подмигнуть с многозначительной улыбкой и сделала рукой неуловимый жест. Мол,
все будет в порядке, только не зевай.
     Сашка резко газанул. Анна взвизгнула, вцепившись  в  круглую  обтянутую
гофрированной  резиной  ручку,  мотоцикл  выбросил  струю дыма и веер песка,
взревел и через минуту уже скрылся в лесу.
     -- Может, наконец что-нибудь у них получится,  --  с  надеждой  сказала
Ирина,  глядя  на опустевшую дорогу. -- А то я заметила, последнее время наш
новый мичман Володя уж больно внимательно на нее засматривается...
     -- Не знаю даже, что тут лучше, а что хуже. Вдруг как раз с  ровесником
и   современником  Аньке  больше  повезло  бы,  --  ответила  Наташа,  помня
собственный  печальный  опыт,  когда   она   предпочла   двадцатитрехлетнему
лейтенанту Воронцову гораздо более "перспективного" дипломата.
     --  Нет, -- тряхнула головой Ирина, -- со своими ей уже лучше не будет,
она нашей цивилизацией и образом  жизни  успела  отравиться.  Это  как  тебе
сейчас  за  бывшего  одноклассника, который в колхозе трактористом работает,
замуж выйти... Может, и любовь будет, а жить не сможешь.
     -- Не знаю, не знаю, -- вновь с сомнением повторила Наташа.
     Севастополь весны двадцать первого года удивительным образом  отличался
от  того  города, каким он был в двадцатом, когда Шульгин с друзьями впервые
ступили на его набережную восемь месяцев назад. И дело совсем не в том,  что
тогда  это  была  столица  крошечного  остатка  русской  земли,  заполненная
десятками тысяч испуганных, теряющих последнюю надежду  беженцев  и  толпами
деморализованных,  не желающих больше воевать солдат и офицеров, а сейчас --
нормальный портовый город,  военно-морская  база  огромного  по  европейским
меркам,  площадью  и  населением  вдвое  большего, чем Франция, уверенного в
своем будущем государства.
     И даже не в том, что изменилась психологическая атмосфера и люди теперь
выглядели спокойными, сытыми и довольными жизнью. Это  вообще  был  какой-то
другой  город.  Пролившийся  на  Югороссию  золотой дождь, превышающий своей
стоимостью довоенный бюджет всей Российской империи, превратил Севастополь в
странный гибрид Венеции эпохи дожей, Одессы времен портофранко и Кувейта или
Сингапура конца XX века.
     Многие беженцы разъехались по домам -- в Киев, Харьков, Курск,  Ростов,
Царицын,  Полтаву.  Люди,  чьи  родные  места  остались под большевиками, но
склонные к более спокойной и размеренной жизни, тоже предпочли перебраться в
губернские и уездные города материковой части новой России, а сюда  нахлынул
народ  активный и склонный к коммерции и авантюрам. Нюхом и инстинктом очень
многие чувствовали, где бьет золотой фонтан, и спешили урвать от  него  свои
несколько  капель.  И  богатые  крестьяне  ближних  губерний  везли  и везли
поездами и гужевыми обозами свою продукцию:  хлеб,  мясо,  колбасы  и  сало,
битую   птицу,   овощи   и   фрукты  на  пропитание  стотысячного  города  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.