Случайный афоризм
Дураки и безумцы - вот два разряда поклонников, которых писатель имеет при жизни. Э. и Ж.Гонкур
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

которой мы должны были пройти, выйдя из спускаемого аппарата.  Говорят,  у
меня очень долго и очень сильно шла кровь - ртом, носом и  ушами,  которую
едва удалось остановить...


     -  Возвращали  меня  к   жизни   постепенно,   около   двух   лет   в
специализированной клинике НАСА в  Бетесде.  Я  получил  медаль  НАСА  "За
выдающиеся заслуги" и "За исключительное мужество", получил кучу  денег  и
инвалидное кресло-каталку. Через год, как ты знаешь,  я  переехал  сюда  и
очень люблю теперь наблюдать со стороны за  тем,  как  стартуют  ракеты  с
находящейся здесь неподалеку стартовой площадки.
     - Я знаю, - сказал Ричард.
     Несколько минут мы  сидели  в  полной  тишине.  Вдруг  он  неожиданно
произнес:
     - Покажи мне свои руки.
     - Нет, - тут же ответил я, резко и даже  грубо.  -  Я  их  никому  не
показываю. Никому и никогда. Ты же знаешь, я уже говорил тебе.
     - Прошло уже пять лет, Артур. Почему ты не  хочешь  показать  мне  их
сейчас? Ответь мне, хотя бы, почему?
     - Я не знаю. Я не знаю! Все это очень непросто и мне самому трудно во
всем этом разобраться. Могу я в конце концов, быть  просто  не  готовым  к
этому? Могу я быть просто не в состоянии объяснить, что к чему?!  В  конце
концов  я  просто  имею  право  спокойно  сидеть  на  собственной  веранде
собственного дома - уж это я знаю точно!
     Ричард хорошо понимал, что я просто нервничаю. Поэтому он  отнесся  к
этой моей вспышке спокойно и не обиделся,  а  лишь  вздохнул  и  задумчиво
посмотрел на море. Солнце уже клонилось  к  закату  и  вода  была  покрыта
красновато-оранжевой рябью.
     - Я пытаюсь понять тебя, Артур. И мне очень не хочется думать, что ты
сходишь с ума...
     - Если бы я сходил с ума, то руки я тебе показал бы, - сказал я и мне
было  очень  трудно  произнести  эти  слова.  -  Но  только  если   бы   я
действительно сходил с ума.
     Ричард поднялся и  взял  свою  трость.  Выглядел  он  в  этот  момент
каким-то очень старым и больным.
     - Я пойду схожу за багги. - тихо  произнес  он.  -  И  поедем  поищем
могилу мальчика.
     - Спасибо тебе, Ричард.
     Идти нужно было недалеко. Дом Ричарда находился  совсем  недалеко  от
моего, прямо за Большой Дюной -  длинным  песчаным  холмом,  протянувшимся
вдоль почти всего мыса Ки Кэрэлайн. Его дом  даже  видно  немного  с  моей
веранды, а сейчас я видел и крышу машины, за  которой  он  ушел  несколько
минут назад. За эти несколько минут небо над заливом как-то  очень  быстро
стало свинцово-серым и до моих ушей отчетливо донесся рокот грома.


     Я не знал имени мальчика, но его лицо всплывало в моей памяти снова и
снова. Я видел его худенькую фигурку, шагающую в ярких лучах солнца  вдоль
берега моря. Под мышкой - крупная сетка  для  просеивания  песка.  Кожа  -
почти черная от каждодневного многочасового  пребывания  под  солнцем.  Из
одежды - только шорты из грубой парусиновой ткани.  На  дальнем  конце  Ки
Кэрэлайн  находится  большой  общественный  пляж  и   там   этот   молодой
изобретательный человек набирал за день долларов,  может  быть,  по  пять,
просеивая   через   сетку   песок   и   выискивая   в   нем   десяти   или
двадцатипятицентовые монетки, вывалившиеся из карманов отдыхающих.  Каждый
раз, в своем воображении, я  пытаюсь  подойти  к  нему  и  каждый  раз  он
испуганно шарахается в  сторону  и  пытается  затеряться  в  шумной  толпе
беспечных пляжников, приезжающих сюда на Кадиллаках и разгульно-бестолково
сорящих деньгами. Думаю, что  он  жил  в  этой  небольшой  деревушке,  что
находится в полумиле отсюда, рядом с почтой.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.