Случайный афоризм
Когда пишешь, все, что знаешь, забывается... Мирче Элиаде
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1871 году родился(-лась) Александр Иванович Куприн


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Весь мир был заполнен воробьями, ожидавшими команды взлететь.
     Тад Бомонт откинулся назад в своем кабинетом кресле,  тонкая  струйка
слюны появилась в уголке его рта, ноги беспомощно подергивались, и  теперь
все карнизы около его кабинета были забиты воробьями, глядевшими  на  него
подобно странным пернатым зрителям. Долгий стонущий  звук  вышел  изо  рта
Тада. Его глаза закатились кверху, открыв напряженные белки.
     Карандаш коснулся листа н начал писать.

        СЕСТРЕНКА

     Нацарапал он на верху  листа.  Затем  последовали  две  отчеркивающие
линии, и появилась L-образная отметка,  обозначающая  в  рукописях  Старка
начало каждого нового абзаца. Он написал:

     Женщина начала отскакивать от двери. Она  сделала  это  почти  сразу,
даже до того как остановила свое поворотное движение внутрь, но  было  уже
слишком поздно. Моя рука метнулась через образовавшийся двухдюймовый зазор
между дверью и стеной и схватила намертво ее руку.

     Воробьи улетели.
     Они все взлетели одновременно - и те, что  были  в  голове  Тада,  из
далекого детства в  Бергенфилде,  и  те,  снаружи  его  дома  в  Ладлоу...
настоящие и живые. Они улетели сразу в два неба: белое весеннее небо  1960
года н темное летнее небо 1988 года.
     Они летели и покачивались на своих крыльях.
     Тад сел, выпрямляясь... но его рука продолжала водить карандаш.
     Карандаш продолжал выводить слова и строки.
     "Я сделал это, - подумал Тад устало и  облегченно,  облизывая  рот  и
утираясь левой рукой. - Я сделал это, и благодарение  Богу,  что  мне  это
удалось без свидетелей. Что же это?"
     Он  посмотрел  вниз  на  написанные  его  рукой  слова,  его   сердце
колотилось столь сильно, что он  чувствовал  пульсацию,  очень  быструю  н
прерывистую, в своей глотке. Предложения, размещенные на  листе  бумаги  с
голубыми линиями, былин написаны почерком Тада - но  и  ранее  все  романы
Старка  всегда  писались  этим  же  почерком.  "Если  у   нас   идентичные
дактилоскопические и голосовые отпечатки, одни и те же  любимые  сигареты,
было бы странно иметь разные почерки", - подумал Тад.
     Его почерк, как и во все прежние времена, но где же слова,  пришедшие
со стороны? Не из его собственной головы, тут было ясно, что в ней  ничего
не могло быть кроме ужаса и смятения.  Но  н  его  рука  почти  ничего  не
ощущала.  Казалось,  что  все  чувства  и  ощущения  в  этой  правой  руке
обрываются примерно тремя дюймами выше ладони. Он не ощущал  ни  малейшего
давления на пальцы, хотя мог видеть, что нажим  на  карандаш  "Бэрол"  был
достаточно силен,  поскольку  подушечки  и  кончики  пальцев  -  большого,
указательного и среднего побелели. У Тада такая  нечувствительность  могла
ассоциироваться только с обезболивающим уколом новокаина.
     Он дошел до самого низа  первого  листа.  Его  рука  перевернула  эту
страницу, открыла новую и возобновила запись текста.

     Мириам Коули открыла рот, чтобы закричать. Я стоял как раз за дверью,
терпеливо ожидая ее более четырех часов, не прикасаясь к кофе  и  не  куря
сигарет. (Я очень хотел закурить и  обязательно  закурю,  как  только  все
закончу, но не раньше, поскольку запах может спугнуть ее). Мне нужно  было
сперва закрыть ей глаза после того, как я перережу ей глотку

     Тад сообразил с нарастающим ужасом, что он читает отчет  об  убийстве
Мириам Коули, написанный самим убийцей... и  на  этот  раз  у  него  перед
глазами не разбросанные и в беспорядке перемешанные связки слов, но четкий
и грубый рассказ человека, который, в своем ужасном роде, был  чрезвычайно
эффектным  писателем  -  достаточно  эффектным,   чтобы   миллионы   людей

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.