Случайный афоризм
Пишешь, чтобы тебя любили, но оттого что тебя читают, ты любимым себя не чувствуешь; наверное, в этом разрыве и состоит вся судьба писателя. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Нормана. Он ожидал, что мысль подействует на него угнетающе, но ничего
подобного не произошло. Наверное, потому,  что  дальней,  потаенной  и
более мудрой частью сознания он понимал,  что  в  действительности  не
убивал этого крепкого хорошего офицера полиции; смерть его - дело  рук
кого-то другого. {Чего-то} другого. Скорее  всего,  виноват  бык.  Чем
дольше Норман обдумывал новую мысль, тем вероятнее она ему казалась.
     - Секундочку, офицер, мы уже пришли.
     Коп послушно остановился у  багажника  автомобиля.  Норман  сунул
ключ в прорезь замка и открыл крышку. Внутри валялись запасное  колесо
(гладкое, как задница новорожденного), домкрат, два  пуленепробиваемых
жилета, пара ботинок, зачитанный  до  дыр  старый  номер  "Пентхауза",
коробка  с  инструментами,  рация,  в  которой  не  хватало   половины
внутренностей. Короче,  самый  обычный  багажник  полицейской  машины,
ничем не отличающийся от тех, какие  ему  приходилось  видеть  раньше.
Однако как и во  всех  других  таких  багажниках,  в  нем  обязательно
оставалось место  еще  для  одного  предмета.  Пока  напарник  Бивера,
пошатываясь, молча стоял за его спиной, уставившись невидящими глазами
в какую-то удаленную точку, как будто узрел место,  где  заканчивается
его  прежний  путь  и  начинается  новый,  Норман  сдвинул  коробку  с
инструментами в одну сторону, рацию в  другую,  подсунул  домкрат  под
запасное колесо и оглядел образовавшееся свободное место,  прикидывая,
поместится ли человек, для которого оно предназначено.
     - Сойдет, - решил он. - Хорошо. Но мне понадобится твоя  фуражка,
ты не возражаешь?
     Коп ничего не сказал в ответ, лишь качнулся  назад,  в  этот  раз
чуть сильнее, однако мать  Нормана,  эта  застенчивая  стерва,  любила
повторять; "Молчание - знак согласия",  и  Норман  счел  ее  изречение
вполне уместным и гораздо более  безобидным,  нежели  отцовское:  "Кто
способен пописать самостоятельно, тот  мне  годится".  Норман  снял  с
патрульного фуражку и напялил ее на собственный бритый череп.
     - Кггг, - выдавил полицейский, протягивая  перепачканную  руку  и
показывая ее Норману. Глаза его не сдвинулись с места;  казалось,  они
существовали отдельно от хозяина и находились где-то очень далеко.
     - Да, я  вижу,  кровь,  проклятый  бык,  -  проговорил  Норман  и
подтолкнул копа к открытому багажнику. Тот свалился  как  подкошенный;
одна дергающаяся нога свесилась через край. Норман согнул ее в колене,
засунул в багажник  и  захлопнул  крышку.  Затем  вернулся  к  салаге.
Младший   из   двоих   копов   пытался   встать,   хотя   его    глаза
свидетельствовали о том, что сознание к нему  не  вернулось.  Из  глаз
текла кровь. Норман опустился на одно колено, взялся за шею  салаги  и
сжал пальцы. Полицейский  повалился  на  спину.  Норман  сел  на  него
верхом, не ослабляя хватки. Когда  Бивер  перестал  двигаться,  Норман
прижался ухом  к  его  груди.  Он  услышал  три  разрозненных  толчка,
беспорядочных, словно предсмертные прыжки выброшенной на  берег  рыбы.
Со вздохом Норман опять сдавил шею младшего копа,  пережимая  большими
пальцами трахею. "Сейчас на нас кто-нибудь наткнется, - подумал он,  -
сейчас кто-нибудь наверняка появится", но никто не вынырнул из тумана.
Из укутанного белым одеялом тумана Брайант-парка донесся чей-то голос,
обозвавший кого-то сукиным сыном, и в ответ раздался дружный визгливый
девчоночий смех, такой, каким смеются только  алкоголики  и  умственно
неполноценные, но этим все и ограничилось. Норман снова склонился  над
телом младшего полицейского и прижался ухом к груди.  Парнишка  должен
исполнить  роль  декорации  в  предстоящем  спектакле,  и  Норману  не
хотелось, чтобы декорация ожила в самый неподходящий момент.
     В этот раз в будильнике Бивера ничего не тикало. Норман подхватил
его под мышки, перетащил к пассажирской  дверце  машины  и  усадил  на
сидение. Он надвинул ему фуражку на самый лоб, как можно ниже  -  лицо
салаги, черное и распухшее, превратилось в рожу тролля, - и  захлопнул
дверцу. Теперь  он  ощущал  дрожь  во  всех  частях  тела,  но  худшей
представлялась боль, вернувшаяся в челюсти и зубы. "Мод, - подумал он,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.