Случайный афоризм
Очень трудно писать то, что является исключительно вашим изобретением, оставаясь при этом верным другому тексту, который вы анализируете. Жак Деррида
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

уже и следующая  спешила.  Стрелы  эти  с  легкостью  пронзали  почитаемые
непробиваемыми  крыльевые  панцири  стеноломов;  не  прошло  и  нескольких
мгновений, как страшный ком распался, рассыпался  синей  окалиной  мертвых
тварей.
     Двалин остался лежать ничком, неподвижный и окровавленный.
     Все  уцелевшие  жуки  с  похвальной  поспешностью  бросились  наутек.
Краткое время спустя на поляне кроме  Аргниста  и  гнома  остались  только
мертвые стеноломы.
     Хуторянин так и не смог уловить момента, когда их спаситель  появился
на краю поляны - еще мгновение назад там застыли  в  недвижности  сосновые
ветки - а теперь, глянь-ка,  у  крайнего  ствола  стоит  высокая  стройная
фигура в темно зеленом плаще с прорезями для рук;  длинный  и  тонкий  лук
странного белого дерева взят наизготовку.
     - Эй, целы вы там? - голос полон тревоги, но чувствуется и еще  некая
внутренняя  мягкость,  столь  несвойственная  грубым  и  жестким   местным
охотникам. Незнакомец мягкой  кошачьей  поступью  двинулся  через  поляну,
склонился над Двалином и лицо его тотчас  вытянулось.  -  Проклятье!  Худо
дело... Яд в раны попал... Торопиться надо!
     Аргнисту и самому видно - плох гном, куда как плох, краше в  домовину
кладут.	Шея, руки, ноги - все, что  железом  кольчуги  прикрыто  не  было,
стало сплошной раной - да еще и на глазах чернеющей.  Хорошо,  пальцы  рук
целы... Между колец доспеха с пугающей быстротой скользили  алые  струйки;
стрелок отложил белый лук и склонился над Двалином.
     Только теперь старый сотник смог как следует  разглядеть  незнакомца.
Лицо правильное, чуть вытянутое, с высокими, хорошо  очерченными  скулами;
от уха до уха аккуратная  бородка  курчавится,  недлинная,  темно-русая  -
девки  такие  любят.  Брови  срослись  на  переносице;  а  под  ними  чуть
холодновато поблескивают странноватые удлиненные глаза - серые, спокойные.
Удивительно спокойные, словно и не было только что  здесь  кровавого  боя,
словно не хрипит у тебя на руках гном, кровью  истекая...  И  где  это  ты
только так стрелять выучился, парень?! И откуда это у тебя  такие  стрелы,
что панцирь стенолома пробивают, словно гнилую  рогожу?..  И  лук  у  тебя
странный - хотя в Галене какого только заморского товара не встретишь!
     Гном истекал кровью, глаза его  закатились.  В  три  руки  стащили  с
Двалина сперва кольчугу, а затем - залитую  кровью  алую  куртку  из  кожи
горной змеи. Незнакомец присвистнул только при виде  жутких  ран  и  споро
взялся за дело.
     Сперва добыл из сумки какие-то порошки  и  снадобья;  но  потом  веко
впавшему в забытье гному приподнял,  губы  сжал  и  все  добро  свое  -  в
сторону. Ладони на окровавленную грудь гнома  положил  -  пальцы  длинные,
тонкие, как только меч такими держит? - и по лицу гримаса боли прошла. Раз
руками над ранами прошелся, другой третий... Аргнист смотрел и чувствовал,
как у него ум за разум заходит.
     - Да ты  никак  колдун,  парень?  -  Аргнист  с  невольным  уважением
прохрипел. Глянь - а кровь  уже  остановилась;  страшные  раны  на  глазах
затягивались, страшный черный цвет исчезал.  Видывал  когда-то  и  Аргнист
подобное - в Галене. Главный придворный чародей  его  величества  Игнарона
проделывал...
     - Ничего особенного, -  незнакомец  проговорил  устало.  Пот  со  лба
вытер. - Теперь твою руку давай глянем...
     Целитель  ловко  вспорол  лохмотья,  оставшиеся  от   рукава   куртки
Аргниста. Рана вроде бы и небольшая, а успела и загноиться и почернеть.  В
гвардии-то лечить стали бы просто - мечом чуть пониже плеча  рубанули  бы,
да и весь сказ.
     А тут... Диво дивное, да и только. Ладонь колдуна,  не  касаясь,  над
самой кожей прошла и чудовищный  нарыв  тотчас  прорвался;  гной  вскипел,
словно вода в котелке; открылась здоровая розовая кожа...
     - Вот и все, - волшебник обессиленно прямо в снег сел.
     - Позволь теперь мне помочь тебе, мастер,  -  Аргнист  вокруг  своего
спасителя захлопотал. Заклятия творить  -  то  дело  не  шутейное,  всякий

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.