Случайный афоризм
Библиотеки - магазины человеческих фантазий. (Пьер Николь)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Аргнистова уже справилась с растерянностью и слезами. Хутор в ее руках,  и
она не позволит ему пасть. Нивен вон, по сю пору без Защитников держится!
     Так ничего и не решили. Да и что тут решать? Без  Аргниста,  конечно,
держать против Орды трудновато будет - по военному делу он  дока.  Ничего,
за стенами отсидимся.


     Гном в последний раз ударил молотом по раскаленному куску металла  на
наковальне. Придирчиво осмотрел  заготовку,  остался  доволен  и  большими
щипцами сунул ее в заранее приготовленный топленых жир  брюхоеда.  Лучшего
средства для закалки не было.
     Спустился вечер. Теплый вечер Месяца Птицезвона.  Здесь,  в  Северном
Хьерварде, с погодой творилось нечто странное - на подвластных Орде землях
всегда стояли страшные, погибельные зимы и прекрасные, теплые, с обильными
дождями лета. Урожай успевал созреть, ничто не вымерзало  и  не  вымокало.
Водным путем удавалось отправлять на Юг кое-какие  товары  -  по  бросовым
ценам, разумеется.  Порядок  устоялся  давным-давно.  Купцы  охотно  брали
дешевые северные хлеб, лес, лен, мед, кожи, меха и  прочее.  A  взамен  на
полуночь отправлялись иные необходимые  вещи  и  прежде  всего  -  оружие.
Хуторяне были самыми лучшими покупателями у галенских оружейников.  Каждый
хутор, отправляя свой плот, прикреплял  к  мешкам  и  сверткам  бирки.  На
бирках же писалось то, что желали  получить  взамен.  Купцы,  конечно,  не
упускали случая нагреть руки, но все же вести дело старались честно - люди
Нечисть грудью сдерживают, куда ж на них обманом наживаться...  И  простой
торговой прибыли хватит.
     Двалин вышел на порог кузницы. Даже могучие мышцы гнома начали ныть и
болеть от усталости - за это  время  кузнец-доброволец  переделал  столько
работы, что иному кователю-человеку хватило бы на полгода. Только работа и
спасала. Да еще - что уж греха таить! - здешние молодухи.
     С  давних  времен  среди  молодых  хуторянок  жарким  тайным  шепотом
передавались рассказы один другого стыднее о том, что гномы, хоть ростом и
не вышли, зато лучше их в постели никого нет,  и  даже  самый  здоровенный
бугай-хуторянин самому захудалому гному и в подметки  не  годится.  И  еще
немаловажно - что от этих соитий не могли родиться дети... Мужики об  этих
бабьих пересудах если и знали,  то  не  придавали  значенья  -  мол,  язык
женский все равно что помело. Не придавали значенья - и притом  совершенно
напрасно.
     Первой гнома заарканила Лииса. Не зря "снидать"  приходила.  И  гном,
как ни устал после целого  дня  честной  молотобойной  работы,  все  равно
чувствовал сосущую пустоту там, в сердце - а  потому  соблазнительнице  не
сопротивлялся.
     Всласть навопившись и настонавшись, донельзя довольная молодка  вошла
в девичью с такими блестящими, сытыми глазами, что не понять, чем и с  кем
она занималась, мог только слепой. И, конечно, Лииса похвасталась.
     После этого гному не приходилось  жаловаться  на  отсутствие  женской
ласки. Его кормили на убой, словно племенного борова.  И  он  старался  не
разочаровывать  своих  посетительниц.  Странное  дело,  но  молодки  могли
повырывать друг другу все волосы из-за какого-нибудь худосочного молодца -
а  вот  из-а  Двалина  они  совсем  не  ссорились,  составив  нечто  вроде
молчаливого заговора. Замужние  завистливо  косились  и  кусали  губы,  но
наставить рога своему благоверному пока никто не решился.
     Гном постоял некоторое время, подышал свежим воздухом  и  уже  совсем
было решил вернуться к работе (на верстаке рук мастера  ожидал  невиданный
еще многозарядный скорострельный арбалет. Им  Двалин  собирался  вооружить
всех детей и женщин на хуторе), как его внезапно окликнул голос  -  голос,
заставивший Двалина, гнома отнюдь не робкого десятка, задрожать  до  самых
глубин его существа и едва не бухнуться на колени. Голос обращался к  нему
на его родном языке, был тонок, чист и исполнен непонятной силы.
     - От повелевающей к презренному: слушай, повинуйся и отвечай! Как имя
места?

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.