Случайный афоризм
Когда вы заимствуете что-нибудь у одного писателя, это называется плагиатом, когда вы заимствуете у многих - это уже исследование. Уилсон Мизнер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1871 году родился(-лась) Александр Иванович Куприн


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

видно, выпутаться из беды, как вы с мудрецом предсказывали. Я  из  года  в
год то и дело летаю над болотом вдоль и поперек, но  она  до  сих  пор  не
подала ни малейшего признака жизни! Да уж поверь мне! Все эти годы я  ведь
прилетал сюда раньше тебя, чтобы починить наше гнездо, поправить  кое-что,
и целые ночи напролет - словно я  филин  или  летучая  мышь  -  летал  над
болотом, да все без толку! И два лебединых оперения, что мы с таким трудом
в три перелета перетащили сюда, не пригодились! Вот  уж  сколько  лет  они
лежат без пользы в нашем гнезде. Случись пожар, загорись этот  бревенчатый
дом - от них не останется и следа!
     - И от гнезда нашего тоже! - сказала аистиха. - Но о нем  ты  думаешь
меньше, чем об этих перьях да о болотной принцессе! Отправлялся  бы  уж  и
сам к ней в трясину. Дурной ты отец семейства! Я говорила  это  еще  в  ту
пору, когда в первый  раз  сидела  на  яйцах!  Вот  подожди,  эта  шальная
девчонка еще угодит в кого-нибудь из нас стрелою! Она ведь сама не  знает,
что делает! А мы-то здесь подольше живем, - хоть бы об этом  вспомнила!  И
повинности наши мы уплачиваем честно: перо, яйцо и одного  птенца  в  год,
как положено! Думаешь, мне придет теперь в голову слететь вниз,  во  двор,
как бывало в старые годы или как и  нынче  в  Египте,  где  я  держусь  на
дружеской ноге со всеми - нисколько не забываясь, впрочем, - и сую нос  во
все горшки и котлы? Нет, здесь я сижу в гнезде да злюсь на эту девчонку! И
на тебя тоже! Оставил бы ее в кувшинке, пусть бы себе погибла!
     - Ты гораздо добрее в душе, чем на словах! - сказал аист.  -  Я  тебя
знаю лучше, чем ты сама!
     И он подпрыгнул, тяжело взмахнул  два  раза  крыльями,  вытянул  ноги
назад, распустил оба крыла, точно паруса, и полетел так,  набирая  высоту;
потом опять сильно взмахнул крыльями и опять  поплыл  по  воздуху.  Солнце
играло на белых перьях, шея и голова  вытянулись  вперед...  Вот  это  был
полет!
     - Он и до сих пор красивее всех! - сказала аистиха. - Но ему-то я  не
скажу этого!


     В эту осень викинг вернулся домой рано. Много добычи и пленных привез
он с собой. В числе пленных был молодой христианский  священник,  один  из
тех, что отвергали богов  древнего  Севера.  В  последнее  время  в  замке
викинга - и в главном покое и на женской половине - то  и  дело  слышались
разговоры о новой вере, которая распространилась по всем  странам  Юга  и,
благодаря святому Ансгарию, проникла даже сюда, на Север. Даже Хельга  уже
слышала о боге, пожертвовавшем собою из любви к людям и ради их  спасения.
Она все эти рассказы, как говорится, в  одно  ухо  впускала,  а  в  другое
выпускала. Слово "любовь" находило доступ в ее  душу  лишь  в  те  минуты,
когда она в образе жабы сидела, съежившись, в запертой  комнате.  Но  жена
викинга чутко прислушивалась к рассказам  и  преданиям,  ходившим  о  сыне
единого истинного бога, и они будили в ней новые чувства.
     Воины,  вернувшись  домой,  рассказывали   о   великолепных   храмах,
высеченных из драгоценного камня и воздвигнутых в честь того, чьим заветом
была любовь. Они привезли с собой и два тяжелых  золотых  сосуда  искусной
работы, из которых исходил какой-то удивительный аромат.
     Это были две  кадильницы,  которыми  кадили  христианские  священники
перед алтарями, никогда не окроплявшимися кровью. На этих алтарях  вино  и
хлеб превращались в кровь и тело Христовы, принесенные им  в  жертву  ради
спасения всех людей - даже не родившихся еще поколений.
     Молодого священника связали по рукам и  ногам  веревками  из  лыка  и
посадили в  глубокий,  сложенный  из  камней  подвал  замка.  Как  он  был
прекрасен! "Словно сам Бальдур!"  <Бальдур  -  в  скандинавской  мифологии
прекрасный  бог  света>  -  сказала  жена  викинга,  тронутая  бедственным
положением пленника, а Хельге хотелось, чтобы ему продернули под коленками
толстые веревки и привязали к хвостам диких быков.
     - Я бы выпустила на них собак: то-то бы травля пошла!  По  лесам,  по
болотам, прямо в степь! Любо! А еще лучше  -  самой  нестись  за  ними  по

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.