Случайный афоризм
Я полагаю, что обладать прекрасной душой для автора книги важнее, чем быть правым как можно чаще. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

не скучать в дороге, прихватили первую попавшую под руку выпивку, прыгнули
в отходящую электричку и стремглав умчались в Москву: где-где, а в столице
шампанского должно быть вдоволь. Вероятно, капитан вздумал доказать, что
судьба подвластна ему. Похоже, он и впрямь решил переломить судьбу -
переломить, перешибить, переспорить, настоять на своем.
   Не знаю, удалось ему это или нет. Может, суть и не в шампанском
вовсе. Я вообще подозреваю, что все разговоры о судьбе и предначертанности
не больше, чем досужие выдумки. А на самом деле капитан после гарнизона
захмелел от свободы - опьянел, ошалел, очумел, потерял голову, у него, что
называется, отказали тормоза.
   Возможно, в глубине души капитан давно мечтал послать все к черту,
рвануть куда-то без оглядки, нырнуть поглубже и забыть в угаре службу,
дисциплину, унылые расписанные по минутам дни.
   Капитан был не из тех, кто прожигает жизнь. И пока он жил в привычном
казенном режиме, он еще держался. Но едва повеяло свободой, его понесло,
как коня, которому под хвост попала шлея.
   Они пропадали в Москве вечер и ночь и вернулись наутро без гроша в
кармане.
   Они прикатили к завтраку, когда пациенты по утреннему морозу тянулись
в столовую. Женщина проворно выскочила из такси, захлопнула дверцу и,
стуча каблуками, резво пробежала по асфальту - словно из пулемета
прострочила: звонкая очередь изрешетила сухую морозную тишину.
   Машина продолжала стоять, точно шофер пребывал в раздумье, потом
сонливо, нехотя как-то открылась другая дверь, и, как куль, как туго
набитый мешок, на снег выпал капитан первого ранга. Такси решительно
тронулось с места и, набрав скорость, укатило второпях без всякой надежды
на возвращение.
   Капитан полежал, как бы собираясь с мыслями, поднялся с трудом и
медленно, задумчиво побрел, шатаясь, вслед за упорхнувшей подругой.
   Он был похож на идущего в гору альпиниста, который испытывает
кислородное голодание: тяжело дышал, часто останавливался и отдыхал,
наклонив голову, будто осмысливал пройденный путь, потом вновь продолжал
восхождение. В руке он держал прозрачный пакет с банными принадлежностями
- мыло, мочалка, полотенце, которые он второй день повсюду таскал с собой;
странно еще, что он их нигде не потерял.
   Подумать только: два дня он таскал их повсюду и не сподобился, не
исхитрился потерять! Впрочем, ничего странного: мыло, мочалка и полотенце
были казенным имуществом, а для служивого казенное - это святое.
   Едва парочка прикатила, мне тотчас доложила о них дежурная медсестра.
После завтрака я дал капитану выспаться, потом пригласил к себе и принялся
распекать за нарушение режима, пообещав отправить в родной гарнизон, если
подобное повторится.
   В его лице не было ни сожаления, ни раскаяния, он молча выслушал все
и кивнул в знак того, что понял.
   - Как вы могли? - вопрошал я с досадой. - Боевой офицер, командир!..
   - Погружение, - неожиданно произнес он неизвестно кому - мне ли, себе
ли или просто изрек в пространство.
   В кабинете неожиданно запахло морем - йодом, рыбой, водорослями,
соленой водой... Я вдруг увидел, как огромная железная рыба беззвучно
погружается в море, скользит плавно, как тень, опускаясь из света во тьму.
   Лодка шла на глубину. В бесшумном сонливом падении заключался некий
гипноз, что-то завораживающее: лодка уходила вниз и как бы отдавалась
морю, его неодолимой власти - черная бездна притягивала и влекла.
   Вероятно, существовал в этом особый смысл. Что-то манящее таилось в
глубине, где можно было скрыться, исчезнуть, отрешиться от поверхности,
забыть себя, свое привычное существование. Как ни суди, многих из нас
тянет пучина, кое-кто все отдаст, чтобы забыться там хоть на миг.
   Я отпустил капитана, строго наказав принять положенные процедуры.
   - Слушаюсь! - объявил он четко и ушел, унося с собой запах моря.
   Подруга ждала его у крыльца, надо отдать ей должное. Из окна кабинета

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.