Случайный афоризм
В процессе писания есть нечто бесконечное. Элиас Канетти
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1871 году родился(-лась) Александр Иванович Куприн


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

курс; тут же, за переборками, в отдельных маленьких рубках, располагались
радист и вахтенный штурман, лишь у замполита не было своего места, он, как
священник, был обязан по внутреннему побуждению прийти туда, где кто-то
имел в нем нужду.
   В динамиках КГС поднялся галдеж, все отсеки по очереди докладывали
старшему механику результаты проверки. В первом носовом отсеке вахту несли
у ракет и торпедных аппаратов, второй отсек был жилым, в третьем отсеке
помещался центральный пост, в следующем, четвертом, находился реактор,
вахту здесь по причине повышенной радиации не несли, лишь наведывались
время от времени, чтобы проверить исправность, пятый отсек был отдан
электротехнической службе, шестой занимала турбина, корму составляли
седьмой и восьмой отсеки, где располагались вспомогательные механизмы,
медицинский блок и проходили основной и вспомогательный валы. Люди
находились на местах, БЧ-5 доложил об этом командиру.
   Капитан молчал. Все, кто плавал с ним, привыкли, что он всегда ждет
чего-то, прежде чем отдать команду на погружение. Причины они не знали,
могли лишь догадываться.
   Погружение было сродни прыжку с парашютом, даже опытные парашютисты
всякий раз испытывают тревогу, хотя, казалось бы: за столько лет можно и
привыкнуть.
   Но не привыкают, не привыкают - никогда не знаешь, раскроется на этот
раз парашют или нет, как не знаешь, всплывешь или навсегда останешься под
водой.
   Разумеется, самое простое - отказаться. Жить, в конце концов, можно
без прыжков с парашютом и погружений на глубину, проще простого
отказаться, чтобы не испытывать всякий раз тревогу и холод в груди; каждый
в экипаже не знал, суждено им подняться или они обречены долго и медленно
задыхаться, закупоренные в большой консервной банке, а возможно, море
просто раздавит их, порвет тонкую скорлупу - сомнет, сплющит, и даже
отыскать их на немыслимой глубине будет никому не под силу.
   Однако присутствовало в их тревоге нечто странное, болезненное -
некий интерес, азарт, необъяснимое влечение, что тянет неодолимо и без
чего им никак нельзя: люди, пережившие риск, знают, как трудно потом без
него обойтись.
   - Срочное погружение! - объявил капитан, и, хотя все ждали этой
команды, она показалась внезапной.
   По отвесному трапу командир спустился в шахту центрального поста; как
только верхний рубочный люк был задраен, капитан приказал заполнить
среднюю цистерну.
   - Есть среднюю! - повторил за ним вахтенный механик, переключив
осевой тумблер на пульте перед собой: вода балласта пошла в среднюю
цистерну.
   Спустившись в центральный пост, капитан глянул в сторону сидящего
поблизости мичмана:
   - Боцман, погружение на перископную глубину.
   - Есть на перископную глубину! - отозвался мичман, держа руки на
эбонитовых рукоятках горизонтальных рулей.
   В надводном положении, пока лодку вели буксиры, горизонтальные рули
были упрятаны в корпус; их выдвинули, как только буксиры отошли, и теперь
боцман плавно перемещал маленькие рычажки системы "Турмалин", которая
сейчас работала в ручном режиме; при желании система могла держать
заданную глубину и сама осуществляла всплытие и погружение по заложенной в
компьютер программе.
   Они двигались со скоростью шесть узлов, боцман поглядывал на шкалу
прибора и монотонно отсчитывал вслух показания:
   - Глубина один метр. Глубина два метра...
   Спустя три минуты боцман доложил, что лодка опустилась на заданную
глубину в десять метров, вахтенный офицер сказал "Есть!" и повторил доклад
капитану.
   - Принято, - кивнул капитан, ни к кому не обращаясь.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.