Случайный афоризм
Тему не выбирают. В том и состоит секрет шедевра, что тема есть отражение темперамента писателя. Гюстав Флобер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Думаешь, я не знаю?  -  прищурился  он,  глядя  в  упор  неукротимо
горящими глазами. - Мы все знаем.
     - Что? - вяло поинтересовался Ключников, озабоченно роясь в вещах.
     - Все! - в голосе соседа прорезался торжественный металл. - От нас не
скроешь! Не выйдет! Нам все известно!
     - Слушай, не темни... - поморщился Ключников.  -  Говори  толком  или
заткнись. Я спешу.
     - К еврейке?! - с огнем  в  глазах  и  прокурорской  медью  в  голосе
натянулся, как струна, Буров.
     - Вот оно что... - понимающе кивнул Ключников. - Тебе-то что?
     - Мне?! Мне?! - выкрикнул Буров и задрожал мелко, затрясся.  -  Своих
предаешь?! Ради жидовки?! Невесте изменил! Товарищей  забыл?!  Организацию
бросил! - глаза его пылали неукротимо,  он  дрожал  весь  от  возбуждения,
голос звенел и бился, как огонь на ветру, в  паузах  он  подвывал,  словно
заклинал кого-то.
     - Заглохни, Буров... Не до тебя, отвали, - устало попросил Ключников.
     - Ну да, конечно... У тебя теперь евреи друзья! Купили они  тебя!  На
бабе поймали! Что - нет, скажешь?! Присушила она тебя! Между ног держит!
     Ключников  не  выдержал,  выставил  его  в  коридор.  Буров  вопил  и
упирался, Ключников выволок его за порог и повернул ключ в замке. Буров  с
криком бился в дверь, и когда Ключников вышел, по всему коридору из комнат
пялились соседи; Ключников шел, словно сквозь строй.
     Было от чего помрачнеть, и пока Ключников ехал в отряд, он чувствовал
позади внимательные взгляды соседей, спину жгли раскаленные глаза  Бурова,
его пронзительный крик все еще резал слух.


     ...по ночам отряд тщательно прочесывал подземную Москву. Все чаще они
натыкались на бункеры и тоннели, весь центр был изрыт на разной глубине  -
Лубянка, Мясницкая, Старая и Новая площадь, Китай-город, широкие ухоженные
тоннели вели  в  Кремль  и  в  соседние  ветки  метро,  мощные  бункеры  и
коммуникации залегали на большой глубине  рядом  с  Арбатской  площадью  и
Пречистенским бульваром, на Таганке и на станции метро  "Павелецкая",  где
за раздвижной стеной длинного перехода с  кольца  на  радиус  располагался
резервный штабной бункер.
     Новые  сооружения  нередко  соседствовали  с  древними  подземельями,
иногда они пересекались или соединялись в общую  систему.  Особенно  тесно
старые и новые  постройки  смыкались  под  Кремлем.  Из  Боровицкой  башни
древний, увешанный сталактитами ход, направлялся к руслу  Неглинки,  новый
секретный ход был прорыт  вдоль  всего  Тайнинского  сада,  где  на  месте
подворья Угрешского монастыря и соседнего с ним двора  Беклемишевых  между
Петровской и Москворецкой башнями за  церковью  Константина  и  Елены,  от
которой остались лишь подклет  и  фундамент,  охрана  Кремля  поставила  в
угловой  садовой  низине  приземистое  здание,  невидимое  снаружи   через
кремлевскую стену и похожее на старинные палаты:  кирпич,  крутая  кровля,
кованые решетки...
     Отсюда старый ход вел под ров Калиты и дальше, под кремлевскую  стену
между Петровской и Безымянной башнями в сторону  Москва-реки,  а  древний,
обнаруженный еще  в  XVIII  веке  князем  Щербатовым  ход  направлялся  от
Никольской башни к Лубянке. Современный, хорошо оборудованный тоннель  шел
под  Красной  площадью  к  Шевалдышевскому  подворью,  где  соединялся   с
благоустроенными бункерами  коммунистической  партии,  уходящими  вниз  на
большую глубину. Поодаль бункеры имели замаскированные выходы в метро и на
поверхность и сообщались с подземными этажами Лубянки.
     Весь Сретенский холм, один из семи  московских  холмов,  был  изрезан
внутри,  как  муравейник,  скрывая  опрокинутый  вниз  загадочный   город,
подземное отражение Москвы, сказочный Китеж-град - с  той  лишь  разницей,
что существовал не в воде, а под землей.



1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.